Старые, толстые и страшные



21 февраля несколько стюардесс «Аэрофлота» обвинили компанию в дискриминации сотрудниц по внешнему виду. Бортпроводницы утверждают, что «Аэрофлот» планирует отправлять в международные рейсы только «молодых и худых». Сами себя в шутку они называют группой СТС –​ "старыми, толстыми, страшными". Read more...Collapse )
promo nikolaeva декабрь 22, 2015 13:13
Buy for 250 tokens
Что касается промо-блока: Исключено размещение постов политического и националистического толка, антирелигиозных текстов, порнографии, а также любых постов, носящих оскорбительный характер. Для рекламодателей почта nikolaeva.lj@yandex.ru

Прабабушка Грунечка

Просторная квартира на Кутузовском проспекте.
Здесь живут моя прабабушка Груня, бабушка Аня, которая после моего рождения стала именоваться всей семьей мамой Аней, тетя Наташа, сестра моей мамы.

Здесь все так здорово.
Волшебное трехстворчатое трюмо в комнате мамы Анечки, которое всегда превращает меня в красавицу. А если чуть сдвинуть створки - красавиц становится много, и все они похожи на меня.
Кладовка, в которой старинный шкаф, а в шкафу великолепная огромная перина пуховая. Если бы такая была у Принцессы на горошине, ничто бы никогда не помешало ее ночному покою.
В этом шкафу, на этой перине я просиживала в кладовке часами.

Баба Груня сама набивала пухом перины и подушки, стегала атласные ватные одеяла. Покупное - ведь совсем не то. Детки ее должны сладко кушать и мягко спать.
Светочка замуж вышла - надо приданое, Наташенька собирается - опять старенькие руки берут иглу.
Сколько раз я помогала ей вдеть нитку в игольное ушко.

- Мама, - кричит бабушке мама Анечка из кухни, - иди обедать!
- Иду, - начинает торопиться бабушка, складывая свое рукоделие, пристраивая иголки и спицы на видном месте, чтобы не искать. - Уже иду, Аня.
- Настя, мыть руки, - зовет меня моя мама Света.
- Света, Наташа - все стынет, - выкликает своих дочек мама Аня.

Три мамы в квартире, четыре дочки.
Нигде я не была так безмятежно счастлива, как там. Ко мне с нежной лаской протягивали руки три любящие мамочки - мама Груня, мама Аня и моя мама.
Укрытая легкой и теплой шалью безграничной ко мне любви, росла я на этих руках, напитанная счастьем и покоем.
А сама не только не умножила того, что было мне с такой бесконечной щедростью подарено, но даже и не отдала долгов. Простите меня, родненькие мои.Read more...Collapse )

Начало начал. Прабабушка

У истоков моего детства - бабушки. И самая главная из них - прабабушка. Главная по возрасту и по тому влиянию, которое оказала она на всю мою жизнь.

Мы живем не только своей судьбой.
Узор жизни семьи нашей ткался задолго до нас.
Как-то так заведено, что в каждой семье живут из поколения в поколение свои истории.
Разные и разноцветные, они навсегда вплетены и в пестрое полотно моей жизни.
Зачем? Не знаю. Есть, наверное, в этом какой-то свой смысл. Не просто же так папы и мамы, бабушки и дедушки начинают с самого раннего детства кормить досыта младших членов семьи рассказами об ушедших и здравствующих родных.

Начало начал - бабушки. Мне так повезло, что я все раннее детство очень часто виделась со своей прабабушкой Груней, Агриппиной Сергеевной Поповой.
Она мне казалась тогда невообразимо старенькой, просто древней.
Хотя, если подумать, бабушка родилась в 1893 году. А я - в 1967; и лет с трех прекрасно помню себя и все, что со мной происходило.
Значит, в мои разумные и помятливые три года ей было 77. Это не так уж много. Особенно, если учесть, что она прожила после этого еще почти 20 лет.

Но она была такая хрестоматийная старушечка в беленьком платочке, разрисованном каким-то еле уловимым орнаментом из голубеньких былинок, точечек и полосочек.
Неизменный халат, застегнутый аккуратно на все пуговки. Коричневые толстые чулки, из тех, что крепились на резинках. Красивые тапочки, меховые внутри, с белой опушкой по краям. Всегда простые нитяные четки, намотанные на худенькое запястье. Изработанные руки, в морщинах, с искривленными от тяжкого крестьянского труда длинными, когда-то красивыми пальцами. Read more...Collapse )

За один день меня убивали четыре раза

Недавно я была в гостях у отца Александра, и он мне рассказал об одном очень стареньком дедушке, ветеране войны.

Он старый, но крепкий духом, и батюшке он сказал так:

- Ты мне можешь ничего не рассказывать, я сам знаю, что Бог есть, меня в один день четыре раза убивали.

Так это было. Наш огневой расчёт накрыли ответным огнём. Напарника убили, а меня контузило сильно, я сознание потерял. Очнулся от звуков немецкой речи. Немцы шли рядком и дружно пристреливали раненых. И меня тоже заметили, видать, я шевельнулся. Read more...Collapse )

Как убивают "Илюшу"

"Илюша" и Сан Саныч познакомились в Улан-Удэ. "Илюша" стоял в ряду товарищей.

Товарищей его, одного за другим, уже начали пилить.

«Илюша» – это ИЛ-14, пассажирский самолет, один из самых популярных в советские времена. А Сан Саныч – это Александр Александрович Поддубный, летчик первого класса, фанат авиации.Read more...Collapse )

Монолог моей мамы

Сейчас разговаривала по телефону с мамой о том, что в нашем обществе очень заметен детоцентризм, вокруг детей столько всяких завихрений: раннее развитие, лучшие школы, самые-самые игрушки, свежий воздух... Обычно вся семья в едином порыве изо всех сил растит одного, в лучшем случае двух малюток.

Это я сегодня прочитала пост в "Малышах" о том, что в других странах, например, с детьми так не носятся, спокойно относятся, например, ко всяким ОРВИ, кашлям и соплям. Температура ниже 38? Вперёд и в садик. Выше? Микстуру жаропонижающую заглотал - и в садик. Нет никаких больничных по уходу за ребёнком. И ребёнки эти в холод в шортиках рассекают, в домах редко больше 20 градусов тепла бывает. Никто не носится с воплями: заморозишь детку. И как-то меньше этого кручения вокруг детей. Ребёнок просто растёт в семье, а не семья усиленно растит его.

На это моя мамуля сказала так:

- Неправильно простуженных детей таскать всюду, нечеловеколюбиво, ему же зябко, хмуро, ему бы дома в себя прийти. Так что наша советская система с больничными детскими была замечательная, хорошо, что пока и осталась. А что касается нашей сосредоточенности на детях, так это от трудной жизни. Мы долгие годы не могли баловать детей, зато теперь отрываемся.

Я помню эпизод из своего детства, мне до сих пор стыдно за то, что я сделала. Read more...Collapse )
Tags:

Игра в роковую красавицу

Детство - это такое странное время, причем очень короткое. Но всю жизнь ты возвращаешься в те светлые дни, когда лучшей комнатой в квартире тебе казалась кладовка, а самым прекрасным нарядом - бабушкина ярко-красная комбинация, отделанная черным кружевом.

Так здорово было нарядиться в нее перед бабушкиным же трехстворчатым трюмо и вертеться бесконечное количество прекрасных минут. Крайние, узкие зеркала надо было потихоньку прикрывать, внимательно наблюдая за тем, как множатся отражения, постепенно скрываясь в таинственной светло-голубой глубине зеркальной глади.Read more...Collapse )

Красота - страшная сила. Очень страшная

Папа заглядывает в детскую, очки весело поблескивают, борода задорно топорщится: "Угадайте, - кричит отец, - у меня две дочери: одна из них умная, другая красивая. Кто из вас кто?" И, радостно гогоча, папуля уносится по коридору на кухню к мамуле. Мы с Дашкой мрачно смотрим друг на друга, ни одна из нас не хочет оказаться умной.Read more...Collapse )

Жертва гламура

Где я и где мир гламура? Мы не пересекаемся ни в одной точке и лежим в разных плоскостях. Вернее, это я по большей части лежу. А мир гламура движется, переливается всеми цветами радуги.
В нем - невесомые дамы на тоненьких шпильках восторженно взмахивают холеными ручками, и солнце отражается в их наманикюренных ногтях, и искры обаяния летят из их умело подкрашенных глаз и прожигают огромные дыры в сердцах могучих мужчин.

А в мире имени меня человек, раз в жизни притопав на работу на шпильках, уйти с нее уже не может. И не потому, что именно в тот день он так пылко полюбил свою работу. А потому, что нижние конечности этого человека-идиота под воздействием шпилек изогнулись каким-то прихотливым образом и перестали быть средством передвижения, а стали средством мучения и темой рыдания в трубку мужу.
Муж, конечно, приехал и эвакуировал. Но легче от этого не стало! Ведь он должен был узреть невесомую нимфу на бесконечных ногах, а в реальности грузил, как багаж, в машину тяжеленную тетку средних лет.

И солнце не отражается в моих ногтях. Хорошо еще, что хоть в лысине пока не отражается.

Кстати, о лысине. Была я намедни в известном московском салоне.Read more...Collapse )