Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Жизнь после развода

Начало: http://nikolaeva.livejournal.com/281884.html
Лето всегда проходит. Все вокруг повторяют на разные лады, но обязательно с нотками грусти в голосе:" Вот и лето кончается".

Никогда не услышишь печального "вот и зима кончилась" или "вот и осени конец".
А лето - это совсем другое дело. Лето -это отдельная жизнь, свободная и прекрасная.
Летом можно бегать на улице целый день,а если дождь - играть в испорченный телефон, или гадать по руке, или просто болтать, сидя на диванчиках на первых этажах корпусов. Именно летом бывает праздник Нептуна и водяная горка, и река Клязьма, в которой сидишь до посинения.
Лучшая подруга Валечка тоже летняя. И первое признание в любви. И первое знание о том, что взрослые могут врать, - тоже родом из лета.

Я в упоении подпрыгиваю на трамплинной доске, очень высоко, внизу река, вверху небо, и оно сейчас ближе ко мне, чем земля.
Мои почитатели на берегу с ужасом и восторгом смотрят на меня. По дорожке, совсем маленький отсюда, бежит муж маминой сестры Наташи - Игорь.

- Настя, - кричит он, - Настя, спускайся!

Я прыгаю, не обращая на него внимания. Он не мама и не папа, нечего командовать!

- Настя, - продолжает орать Игорь. Он уже стоит под трамплинной вышкой. - Приехали твои родители и привезли тебе что-то очень интересное!

Я перестаю подпрыгивать, секунду думаю и начинаю пятиться по доске назад.

- Не спеши, осторожнее, - Игорь взволнованно размахивает руками.

Ой, да уж как-нибудь без него соображу, первый раз что ли! Мы нередко играем на трамплине, или прыгаем с балкона второго этажа, или играем в подвалах, виснем на деревьях, стреляем рябиной из зеленых трубочек, деремся и миримся. Мы привыкли следить за собой и за маленькими.
Недавно только мама вспомнила, как я в последнюю секунду поймала за ногу сына ее подруги Пашку, который слишком перевесился с балкона третьего этажа. Поймала и удерживала увесистого карапуза, пока не подоспели взрослые.

Поэтому мне не понятен страх Игоря. А он, как я только оказалась на земле, больно схватил меня за руку и поволок домой, ругая на чем свет стоит. Я от обиды закусываю губу: врун, нет родителей, все наврал.

Сейчас я понимаю, что он все сделал правильно: надо было снять меня с этого опасного трамплина любой ценой. Но маленькая девочка во мне до сих пор считает это подлостью. Я навсегда перестану доверять Игорю. И через много лет окажется, что был он действительно очень сложным человеком, чуть-чуть не погубившим мамину сестру Наташу.


Как дети чувствуют людей, не знаю. Но я в свои четыре года безошибочно могла определить, кому из взрослых стоит доверять, а к кому лучше совсем не подходить.
Деду вот доверять было можно. Он никогда меня не ругал и брал с собой в лес. Мы собирали землянику, пели, кричали и хохотали. В лесу дед всегда был веселым лесным человеком, а дома - грустным квартирным.
Я с мамой в пансионате на Клязьме


Позже. Я и Дашка. Там же


Когда мы переезжали в Москву, общение с дедом прерывалось. Я была у него дома только один раз в году - в его день рождения. Тетя Люба сразу дала понять всем родственникам и друзьям Феди, что больше их тут не ждут.

Как возмущались и кипятились сестра деда Рая и брат Леня. Не один раз вспомнили они Аню, у которой жили годами, и совсем не были ей за это благодарны.

Света и Витя, старшие дети, спокойно перенесли отказ от дома: не очень-то и хотелось. Да и свои семьи у них уже были, забот хватало.

Тяжелее всего развод родителей переживала младшая, Наташа. Она осталась с мамой. И видимо, все горькие слова, все материнское отчаяние досталось именно ей. Если моя мама и ее брат были лояльны к тете Любе, то Наташа ненавидела ее всей душой.

Деда я могла видеть и на своем дне рождения. Но это всегда было так неловко, что лучше бы и не видела.
Празднование начиналось обычным образом: стол, гости. Всегда прибегала мама Анечка. Все усаживались за стол, и в этот момент обычно входил дед, которого всегда задерживали на работе и у которого долгие годы не было никаких выходных.

Увидев деда, мама Аня вспыхивала щеками, стремительно вскакивала из-за стола и бросалась к дверям. Дед кидался за ней:"Аня! Останься! Я уже ухожу!"

Но бабушка молча мотала головой, быстро натягивая сапоги и застегивая пальто. Через секунду хлопала входная дверь.
Мама Аня. Такой она и была: всегда шляпка, сумочка. Настоящая дама


Красный и взъерошенный дед усаживался за стол.
Я надувалась: они опять испортили мой праздник! Как всегда!Все сразу забывают про меня и начинается по сотому кругу:" Папа, не переживай... Почему она со мной так, доченька?.."
Нам, внучкам, это история отношений двух немолодых людей казалась просто дико неприличной. Что им уже делить?!

Маме Ане нельзя было рассказывать о том, что мы были у деда и поздравляли его с днем рождения. Я обычно напрочь забывала об этом и на традиционный вопрос бабушки в конце февраля, не водили ли меня случайно к деду, отвечала нередко утвердительно. Мама Аня сразу поджимала губы. Все понятно, мою маму ждет вечером выволочка. Мама будет расстраиваться.

- Маленькая предательница! - цедит мне сквозь зубы мамина сестра Наташа.

Как же я все это не люблю! Я не могу постоянно держать в голове их стыдные секреты. И дед тоже всегда со мной ведет себя странно. Он утаскивает меня в свой кабинет, расспрашивает о том, как живет бабушка, говорит о том, как я похожа на нее. Мне это совсем не интересно. В большой парадной квартире деда скучно и холодно. Нет никаких игрушек и детей.

И мне надоели их постоянные разборки, я чувствую себя несчастной и виноватой почему-то.

- Почему ты его так не любишь, что он сделал? - пытаю я маму Аню.
- Он подлец, - бодро отзывается бабушка привычным паролем.

Когда я подросла,перестала переживать и убиваться. И, уже посмеиваясь, спрашивала у бабушки:" А зачем ты выбрала подлеца?! А? Сама же выбрала!"
На что бабушка привычно отвечала:"Дура была".

Конечно, к маме Ане мы с сестрой были привязаны сердечно, деда же почти не знали. Я давно перестала ездить в пансионат летом, и мы с дедом Федей встречались очень редко.

Он по-прежнему был нежен со мной. Взял меня в поход на Таймыр, как только мне исполнилось 15 лет. Это был чудесный подарок. Север, байдарки, разноцветные маки, всюду кости и рога оленей, белые ночи, яркие палатки, тучи комаров.
И первая женская победа: в меня влюбился приемный сын деда - Коля. Тот самый Коля, который наставлял на меня большой красный пистолет, заряженный белыми пластмассовыми шарами.

Это не была детская влюбленность. Коле уже исполнилось 25 лет.
Дед сходил с ума от тревоги.

- Я так и знал, так и знал, что я скажу Свете? - смешно причитал он, бегая вокруг меня. Дед действительно был уверен, что это случится. По его мнению, в меня невозможно не влюбиться, но он боялся, что я еще такой ребенок, и он ... не доверял Коле. У них были сложные отношения. Этот сын достался ему уже взрослым. Дед все делал для него: учил, кормил, брал с собой в походы. Но я всегда чувствовала: нет между ними ни близости, ни настоящей любви.

А мы с Колькой часами разговаривали. О нашей общей и такой странной семье.

- Вот почему, - допытывался он у меня, - почему у таких умных и достойных людей, как дед Федя и твоя бабушка родилась такая ужасно неудачная дочь?

Неудачная дочь... Это он о Наташе, маминой сестре.
Неудачная...

Эта нежная белокурая девочка, последний ребенок Ани и Феди, самая любимая, самая маленькая и хрупкая, как стала она главным горем всей семьи на долгие, долгие годы?

Таймыр. Я и Колька.


Tags: Летопись семьи, Я-муары
Subscribe
promo nikolaeva september 1, 13:13
Buy for 250 tokens
Я осваиваю новый ресурс, он тоже текстовой: http://zen.nikolaeva.su На этом ресурсе очень удобный просмотр для смартфонов, айфонов и прочих мобильных гаджетов, ну и, естественно, для настольных компьютеров. Пока одно "но": невозможно оставить комментарий. Все остальное - хорошо.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments