Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Джуна

image
"Поднимите все руки, пожалуйста". Все подняли, и Джуна тоже подняла руки, развернув их ладонями к людям, и многие в эти секунды почувствовали на своих ладонях теплую волну.
В тот момент Джуну снимали фотографы, и на фотографии четко видно свечение возле пальцев целительницы. Эта хранится в архивах моего отца.


Я её знала.


Впервые в прессе материал о ней появился в журнале "Огонек". И как раз мой отец, Владимир Николаев, который был в то время заместителем главного редактора, настоял на том, чтобы очерк о Джуне был опубликован.

Джуна тогда приезжала в редакцию и рассказывала о себе, а в конце беседы она сказала присутствующим на встрече журналистам:"Поднимите все руки, пожалуйста". Все подняли, и Джуна тоже подняла руки, развернув их ладонями к людям, и многие в эти секунды фотографы зафиксировали свечение возле пальцев целительницы.



На моего папу она тогда произвела очень сильное впечатление. И понятно почему: красивая, энергичная, необычная и очень добрая. Очень.

Ей хотелось помочь всем. Моя мама сегодня вспоминала, как к Джуне как-то пришел незнакомый человек буквально с улицы. И она сразу кинулась помогать ему.
Денег за лечение не брала никогда.
- Я не могу, мне это бесплатно досталось, - говорила она.

Она помогала очень многим. Среди этих многих были самые известные люди государства: политики, музыканты, художники, писатели и актеры.
Поэтому в её квартире на стенах висели прекрасные картины, на полках стояли книги, подписанные авторами. Но стоило взять какую-нибудь книжку или безделушку в руки, Джуна сразу спрашивала со своим мягким неподражаемым акцентом:"Тебе нравится? Забирай!"

Дом её всегда был полон людей. Некоторые, по-моему, жили у нее годами. За стол вечером всегда садилась целая толпа.

Открытый добрый дом. Худощавая красивая хозяйка с огромными глазами, в которых мелькали светлые молнии, когда она начинала что-то страстно говорить, темпераментно жестикулируя. В ней было так много жизни, столько силы и любопытного внимания к миру.

Помню, я вместе с родителями привезла к ней своего первенца.
Ему был месяц. Мне нужна была её помощь.
Джуна бережно, ласково стала гладить голенькие ручки и ножки моего месячного мальчика. Она нежно что-то приговаривала, просто светилась от радости. Было видно, как ей приятен и понятен маленький этот мальчик.
Он же смотрел на нее широко открытыми глазами и вдруг ясно и отчетливо сказал:"Агу". Мы ахнули от удивления. Это было его самое-самое первое "агу", и он сказал его Джуне.

Джуна повернулась ко мне :"Нет, я не смогу ему помочь" (у сына была грыжа).
Моя мама горестно охнула: мы так все надеялись на Джуну.
- Что ты переживаешь?! - спросила её Джуна. - С ним все будет хорошо. Я вижу его красивым большим мужчиной. Очень большим.

Мы с удивлением все уставились на крошечного пупса, лежащего на диване.
А Джуна оказалась права. Сейчас мой Никита ростом почти под два метра. Но тогда в это с трудом верилось.

Видно было, что хозяйка очень переживает, что не может нам помочь.
"Я нарисую тебе картину", - сказала она моей расстроенной маме. Джуна как раз тогда стала рисовать свои очень необычные картины.
Вот картина, которую через несколько дней подарила Джуна маме, она до сих пор в родительском доме.

image


Потом Джуна посмотрела на папиного друга - Диму Курса, который всех нас привез к ней на своей машине, и сказала: "А тебе помогу, у тебя очень больные ноги". И это было, конечно, так. Джуна никогда не ошибалась в диагнозах. И никогда зря не обещала, она, правда, ему очень помогла.

Все это было в конце восьмидесятых. Это было хорошее время для Джуны, её наконец признали, она была в силах, ей разрешили даже создать свой центр по обучению бесконтактному массажу.
И нас с мамой она пригласила на свои занятия. Отказать Джуне было невозможно. Она горела этим проектом.

- Я не могу помочь всем, - говорила она, - но каждая мать может помочь своему ребенку, каждый человек может вылечить другого человека, если захочет, надо только понять мой метод.

Мы с мамой стали учиться. В то время в центре Джуны собирались очень интересные люди. Многие из них были известные врачи, очень уважаемые люди. Меня опекала хороший детский врач. Я называла её Ларисой.
Она, откуда-то услышав о Джуне, очень заинтересовалась её методикой, но сначала захотела узнать о работе центра изнутри.
Поэтому скрыла, что она медик, и устроилась в центр простой уборщицей.

Когда я познакомилась с Ларисой, весь этот маскарад был уже позади: в центре она увидела такое, что сомнений не было: бесконтактный массаж работает.

Стала работать там и Лариса. А меня взяла себе в помощницы. Мы принимали с ней людей вместе. Лариса показывала мне, как можно видеть руками, объясняла, как звучит та или иная болезнь. Если попытаться приблизительно объяснить, что чувствовала лично я, когда работала с пациентом, то картина будет примерно такой.

Сначала водишь руками вдоль тела человека на расстоянии примерно десяти сантиметров. Человек стоит, он в одежде.
Постепенно чувствуешь, как твои руки становятся горячими и тяжелыми, и тут же приходит ощущение, что под руками что-то есть. Это "что-то" похоже на толстую веревку. Теперь надо пытаться ухватить за нее и идти туда, куда она ведет, к той точке на теле, где она начинается. Все это надо делать, не прикасаясь к человеку.

Но люди нередко очень сильно реагировали на такой массаж. Некоторые даже вскрикивали от боли. Хотя никого мы не трогали даже пальцем.

Мне было тяжело. Я очень уставала и стала болеть. Лариса ругалась, что я не умею сбрасывать чужое, постоянно после сеансов сама начинала работать со мной, обеспокоенно ворча.

Я никогда не спрашивала у нее о диагнозах тех, кто к нам приходил. Но однажды пришлось.

В тот день пациенткой оказалась невысокая худощавая женщина, молчаливая, немного угрюмая. Я привычно заскользила ладонями вдоль её тела, но ничего не почувствовала. Подняла руки на уровень груди, сосредоточилась. Ничего. Холод и все. Не за что ухватиться. Я уже хотела встать со спины и попробовать еще раз, как вдруг почувствовала сильный удар в челюсть. Меня шатнуло. Женщина стояла неподвижно, опустив глаза. Похоже, она ничего не заметила. Я быстро подняла вновь руки. Мои раскрытые ладони были на уровне груди пациентки.
И в тот же миг еще более сильный удар почти отбросил меня к окну.

Потирая ноющую челюсть, я, извинившись, отошла за Ларисой, которая была занята с другим человеком.

Отозвав её, рассказала, что произошло. Лариса нахмурилась и отрывисто сказала:" Рак. Последняя стадия. Тут ничего уже не сделать. После сеансов она чуть бодрее, и все. Не подходи к ней больше, я сама".

С этого момента я стала задумываться. Что происходит здесь? Сомнений в том, что что-то происходит, не было: слишком много я уже видела.

Абсолютно ясно, что и те, кто лечит, и те, кто болеет, воздействуют друг на друга. Как, каким образом? Не знаю.
Знаю одно: там я научилась снижать руками температуру у людей, могла повысить или понизить артериальное давление, довольно быстро снять головную боль любой интенсивности. Все это я проделывала многократно, в том числе, конечно, и со своими родными.

Это было удобно,хорошо... Но что-то тут было не так.
Ребенка своего я лечила всегда руками, если он заболевал. Но вот однажды мы заболели вместе. Колоссальная температура была у меня. И я не смогла лечить его привычным образом, не получалось... Только врачи, таблетки... Обычное традиционное лечение. А он никак не выздоравливал. Он ждал помощи от меня. Или его организм ждал? Не знаю, как объяснить, я не врач. Но интуитивно в тот момент я поняла, что вмешалась достаточно грубо в процессы, которые не понимаю.
Я тогда совсем не ходила в церковь, ничего не знала о том, что церковь крайне отрицательно относится к экстрасенсорике, я просто сама почувствовала опасность.

Я много говорила об этом с Ларисой. Она, очень опытный и хороший доктор, знала гораздо больше меня и умела тоже гораздо больше. И вот она как раз стала ходить в тот момент в церковь.

В результате я ушла из центра, навсегда прекратила практиковать бесконтактный массаж. А Лариса уехала работать врачом под Киев в детский дом для детей-инвалидов. И она позже, при встрече, рассказывала мне, как ей трудно бывает не поддаться соблазну осмотреть ребенка так, как она привыкла, - руками. Но она в тот момент уже видела, как это опасно. То, что видела она, я сейчас рассказывать не буду. Скажу одно: избегайте целителей всех мастей.

А Джуна... Джуна была уникальна. С ней бесполезно было все это обсуждать. Её огромная сила рвалась наружу, она не хотела её сдерживать и не видела в том смысла. Напротив, ей казалось, что её сил хватит на весь мир.
Не хватило.

Сегодня все эти воспоминания нахлынули на меня. Весь день я с благодарностью вспоминаю прекрасную, красивую, добрую Джуну.
И с больший грустью - то, что я видела и в чем участвовала.
Почему-то уверена: трагедия жизни Джуны тоже связана с её удивительным, но опасным даром. Так же, как и смерть её любимого единственного сына.

Сегодня я молюсь за нее и надеюсь, что Господь помилует рабу свою за её удивительную доброту, за её честное открытое сердце, за её любовь ко всем.
Tags: Горе, Хорошие люди, Я-муары
Subscribe
promo nikolaeva ноябрь 1, 00:41
Buy for 350 tokens
Что касается промо-блока: Исключено размещение постов политического и националистического толка, антирелигиозных текстов, порнографии, а также любых постов, носящих оскорбительный характер. Для рекламодателей почта nikolaeva.lj@yandex.ru
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 101 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →