Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Categories:

Курортное

Обычно как в моей жизни происходит? Что вижу, то и пою.
А вижу я сейчас жаркое солнце, которого уже, наверное, полгода толком не видела, растрепанные метелки пальм, смуглых местных людей в белоснежных костюмах и неместных людей, почти вовсе без костюмов.

Темно-синее море, яркая зелень, цветущие кусты и белоснежные цапли, чинно вышагивающие по изумрудным газонам. Курорт, чего там.

Это раньше встречи с ним надо было ждать целый год, потому что курорт мог случиться только летом, когда наконец прогревалось наше не слишком теплое черное море, когда по случаю массовых каникул начиналась массовая миграция масс на юга.

И ведь тогда - это вам не сейчас.
Во-первых, надо было достать путевку. А это очень нелегко.

Впрочем, мой папа как член Союза писателей мог каждый год отдыхать в Коктебеле или Пицунде, в которых располагались творческие дома этого Союза.
Но за все свое детство я только два раза побывала на югах и два раза в Прибалтике. Тому были разные веские причины, одна из которых вполне объективная: поездка на курорт всегда наносила значительный удар по семейному бюджету. А вторая субъективная: мои мама с папой очень не любили всякие перемещения, вполне довольствуясь отдыхом в Подмосковье, с его грибными лесочками.

Так что третий раз на юг я попала уже с мужем.
И это был студенческий лагерь "Буревестник". Как вы понимаете, в месте с таким порывистым и мятежным названием спокойной жизни нечего было ожидать. Вокруг одни юные мученики науки, внезапно, но полной грудью, вдохнувшие воздух свободы, и не менее раскрепощенные преподы, неожиданно превратившиеся из маститых зубров в тонконогих игривых оленей. Солнце, море, светлячки и цикады стирали все социальные границы, способствуя рождению новой формации черных и веселых людей, в жилах которых играло грузинское вино.

Утро начиналось со столовой. И надо было решать, кто сегодня завтракает. Все дело в том, что по двум-трем путевкам приезжали обычно человек пять-шесть. Как так? И не спрашивайте, уже сама не понимаю. И все помещались где-то, и еды хватало. А уж как весело было прятать незаконных гостей при появлении сестры-хозяйки или директора студенческого лагеря!

Так что на завтрак обычно отправляли детей. Почти всем из нас было чуть за двадцать, и почти у всех были дети. Почему-то в основном
мальчики. И вот дружный строй маленьких мальчиков организованно отправлялся за едой. В карманы сердобольные детишки напихивали хлеб для своих еще не оправившихся от ночной дискотеки родителей.

Но не все было так грустно: вино, фрукты, вяленая рыба не переводились никогда. Поэтому столовая была, скорее, ритуалом, доказывающим наше братство, единство помыслов и действий. Помню, нам с сестрой Дашкой при дележке достался полдник. И мы резво уплетали булочки, запивая столовским чаем, настоянном, как это водится, на вениках, и чувствовали себя совершенно счастливыми.

После завтрака все выдвигались на море. И это тоже было приключение. Много-много ступенек вниз по бесконечной каменной лестнице, потом несколько метров по узкой тропинке над морем, затем с обрыва горохом вниз, на нудистский пляж.
На общий пляж было ходить небезопасно:там тусовалось слишком много горячих местных парней.
А в оазисе первобытных голышей было спокойно и очень интересно. Здесь, под раскидистым деревом, московская профессура вела разговоры обо всем сразу и бегала кругами загорелая малышня.

Впрочем, и горячие парни особо никому не досаждали. Помню только один случай, когда проснулась ночью от громового стука в соседнюю дверь и гортанных выкриков следующего содержания:
- Аткрывай, слюшай! Вино пил, шашлык ель, а теперь запирся! Нихарашо!

На следующее утро я видела, как из этого номера, затравленно оглядываясь, выходят две блондинистые девушки.

После пляжа все падали спать, потому что взрослые ночью практически не спали, а детям по должности положено спать после обеда. На окне выстраивались в ряд стеклянные банки с черешней. Мне тогда казалось таким невероятным счастьем есть черешню банками. Раньше меня никто в таких количествах не закармливал фруктами. И мне представлялось, что банка полна не ягодами, а любовью моего мужа. Ведь неозможно так кормить и не любить?!
Немного я тогда знала о любви.

Вечером пин-понг, вечернее море, замки из песка и воздушные замки, которые так здорово строить именно летом и именно на юге.

Солнце, честно отработав целый день, скатывалось в прохладную морскую синеву. И наступала ночь, южная, темная, студенческая, веселая.

Какие были дискотеки под сенью кипарисов!
Лунная дорожка на море, обязательное ночное купание.
Подруга Нина ответственно пересчитывает всех, входящих в море.
К нашей слаженной компании прилепился невесть откуда взявшийся незнакомый пухлый дядечка. Он тоже, поспешно стянув брюки и рубашку, устремляется навстречу морским волнам.

- Мужчина, - возмущенно кричит ему вслед Нинка, - я вас не считаю, вы не с нами!

Минут через двадцать все, накупавшись, вылезают на берег. Нет только пухлого дяденьки. Его штаны и рубашка лежат на песке. Это, собственно, и все, что от него осталось.
В панике мы носимся по берегу, пока не обнаруживаем незадачливого пловца совсем в другом месте, где он безрезультатно пытается обнаружить свои одежды, яростно страдая и дрожа в ночной прохладе всем своим объемным мокрым телом.

Какие романы разворачивались на наших глазах, сколько разговоров умещалось в короткие южные ночи!

Скрипучие старенькие кровати, дощатые домики, огромные цветы магнолии... Таким был курорт когда-то.

Сейчас он другой. Доступный круглый год, обставленный ресторанами, красиво подсвеченными пальмами, перепоясанный мраморными дорожками, красиво оформленный верблюдами и иноземцами в белых чалмах.

И все тут говорят на разных наречиях, такой новый Вавилон в разноцветных труселях. Все вокруг радостно улыбаются - а чего, отдыхать - не работать! Только родные соплеменники выделяются несколько пасмурными лицами.
Их внутреннее бессознательное озвучивают аборигены, оглушительно выкликающие старательно заученные фразы : "Как деля, ищо не родиля? Прикольнинько!"

И если мой попугай Роня всегда выкрикивает к месту и со смыслом, то здесь смысл искать бесполезно.

Нет смысла в сиянии морской глади, в перешептывании пальмовых ветвей, но есть здесь то, чего так не хватает в московской жизни, - солнечное тепло, безмятежность текущих минут, часов и дней.

Совсем не похож этот курорт на курорты моей студенческой молодости. Но все же южное небо не утратило своей яркости, и солнечные блики все так же весело прыгают по волнам.
Из чего следует очень простая и совсем немудрая мысль - курорты - это очень хорошо!
Хотя, скажем честно, кто-то сжег уже на солнце свою правую ногу и теперь является счастливым обладателем двух ног разного окраса.







P.S. Кстати, мама моя сегодня чуть не прослезилась от умиления, когда услышала от Ронечки фразу:" А бабушка хорошая!"
Несколько дней думал птиц, как охарактеризовать новую свою бабушку. И вот наконец выдал краткую, но емкую характеристику.
Порядком смутившаяся бабушка потом еще долго благодарила птичку и объясняла ей, что та слишком хорошо о ней думает.
Subscribe
promo nikolaeva may 1, 2019 00:41
Buy for 250 tokens
До 500 000 показов вашего контента всем заинтересованным в рекламе могу обеспечить на своём канале в Яндекс.Дзене. nikolaeva.lj@yandex.ru
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments