Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Categories:

Своенравная еврейка

Ее бывший муж требовал, чтобы ее немедленно отправили в концлагерь. Ее любовник преуспел в этом, уведомив полицию, что еврейка Роза скрывается под чужим именем.

Она попала в Аушвиц.

"Нас размещают в одном из каменных зданий, в блоке № 10. В мужском мире это здание отведено специально для женщин. Никто из нас не понимает, что это означает. Это бордель или что-то в этом роде, поначалу предполагаю я. Но все оказывается иначе. Блок № 10 — это так называемый Экспериментальный блок, где немецкие врачи Йозеф Менгеле и Карл Глауберг проводят медицинские опыты над заключенными. Многие из моих подруг по несчастью считают, что нам невероятно повезло. Во всяком случае нас не отправят в газовую камеру, не замучают сразу, и мы не умрем от непосильной работы. Такое вот у нас “счастье”.

... опыты становятся все более безжалостными. В жутких мучениях умирает несколько женщин. Оказывается, опыты на них неправильно подействовали. В конце концов наступает и моя очередь, меня вызывают в кабинет доктора Глауберга[77]. Я должна полностью раздеться и лечь на больничные носилки с подпорками под колени, которые разводят мои ноги широко в стороны. Рядом стоят три медсестры, они ничего не говорят, меня ослепляет пронзительный свет ламп, и когда я откидываю голову назад, в кабинет входит доктор Глауберг, который тут же вводит мне в матку какую-то вязкую жидкость. Сразу же после этого свет гаснет, на живот мне водружают металлическую пластину и просвечивают рентгеном. У меня в животе начинаются сильнейшие спазмы, они нарастают и повторяются. Потом они стихают, и мне велят сойти с носилок. От одной из медсестер я узнаю, что доктор Глауберг меня стерилизовал. Хромая, я выползаю из кабинета..."

"Я выживу во что бы то ни стало", — постоянно повторяет Роза. Она сочиняет стихи и пьесы, уходит в мир выдуманных историй, чтобы сохранить рассудок, когда ее определяют обслуживать газовые камеры.

Обычная женщина, не героиня, не подвижница, не философ и стоик. Но какая поразительная жажда жизни, оптимизм, умение жить только сегодняшней минутой!

После войны она отказывается вернуться в Голландию, которая ее и выдала немцам: "Ни в одной другой сопредельной стране не убили столько евреев, сколько их убили в Голландии... Даже в самой Германии. Согласно официальной статистике, за годы войны погибли 72 процента из 140 тысяч голландцев еврейского происхождения. Этот процент значительно выше, чем в соседних странах. В Дании погибло менее одного процента евреев".

Она осталась в Швеции, вышла там замуж. Но бывшего мужа и любовника не забыла. Она пишет в правительство Нидерландов о том, что они сотрудничали с немцами. Каждый из этих бравых мужчин получает год тюрьмы. Но этого мало, Роза решает приехать в Голландию и посмотреть в глаза тем мужчинам, которые когда-то клялись ей в любви:

" ... я приезжаю в Нидерланды, я встречаюсь и со своим бывшим мужем Лео... Я очень рада тому, что он посидел в тюрьме за подлое предательство, которое он совершил в годы войны, выдав меня полиции.
Он — первый, кого я решаю навестить в Ден-Босе. Я надеваю свое самое красивое платье, красное пальто и иду.

Прохожу по знакомым улицам и по мере приближения к его дому замедляю шаг. Я узнаю каждый дом. На углу маленького скверика я сажусь на скамейку, закуриваю сигарету и смотрю на двух детишек, играющих рядом. Район выглядит таким же, как прежде. Что я скажу ему? А если я не застану его дома? Я все больше сомневаюсь и думаю, не зря ли я это затеяла. Я сижу в скверике еще немного, но начинает накрапывать дождь. Я говорю себе, что мое сомнение сродни трусости, а я вышла живой и не из таких передряг. Я встаю, подхожу к дому Лео и звоню в дверь. Он открывает сам и, издав несколько нечленораздельных звуков, с открытым ртом застывает в дверном проеме. Он выглядит сильно постаревшим и потерянным. Это меня вполне устраивает.

— Привет, Лео! — говорю я ему, и он что-то бормочет мне в ответ.

Поскольку дождь идет все сильней, он приглашает меня войти в дом. Я отказываюсь и отвечаю, что лучше постою под дождем. Он глупо таращит на меня глаза, а я сообщаю ему, что он ужасно выглядит. И я рада, что за свое жалкое предательство ему пришлось провести весь прошлый год в Вюгте. Желаю ему жить как можно хуже, разворачиваюсь на каблуках и эффектно ухожу в дождь. Свернув за угол, останавливаюсь и делаю глубокий вдох. Все прошло так, как я и хотела".

История Розы — не выдуманная история. Историю жизни Розы описал ее племянник. В книге личные дневники Розы, документы, в том числе и сохранившиеся доносы. Один из них заканчивается так: "Убедительно прошу вас принять должные меры, чтобы пресечь нелегальную деятельность этой своенравной еврейки".

Она не нравилась никому. Немцам — как еврейка, их противникам, как та, которая крутит романы с нацистами и танцует даже в тюрьме.

Учительница танцев, легкомысленная кокетка, худенькая женщина, которую так старательно старались убить. Но не смогли.

Я случайно нашла эту книгу в интернете. Она вышла уже давно. Многие читали. Но мне захотелось рассказать о ней тоже. Не отпускает характер, судьба и время.

Гласер Паул "Танцующая в Аушвице"


Это Роза до войны, с тем самым мужем-предателем


Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo nikolaeva май 1, 00:41
Buy for 250 tokens
До 500 000 показов вашего контента всем заинтересованным в рекламе могу обеспечить на своём канале в Яндекс.Дзене. nikolaeva.lj@yandex.ru
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments