Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Отец Нил. Наш настоятель

Я утром пришла в старинный Спасский храм в Киово. Очень большой праздник отмечает сегодня наш приход. В этот день - память прпмч. Нила Киовского. Настоятеля нашего храма, нашего покровителя и небесного заступника.
Он стал монахом в 1904 году. Как и сейчас, в то время все громче звучали протестующие голоса, люди выходили на улицы под знаменами и требовали немедленных перемен. Не было такого передового журнала, который бы не обрушивался на церковь с яростной критикой и упреками. Карикатуры и памфлеты, сатирические частушки и фельетоны. Жирные попы! Мракобесы, обманщики, обкрадывают народ и оболванивают его!

Все это звучало так смело, было так завлекательно. Чувствовалось, что грядут великие перемены.
А тридцатитрехлетний отец Нил, в миру Николай Тютюкин, именно тогда ушел в монастырь. И он стал монахом в известном Иосифо-Волоколамском монастыре. И пока другие надрывали горло в криках о высоком служении, он просто служил, как и все священники.
Исповедовал, отпевал, крестил.
А те, которые требовали разрушить, все же добились своего.
Разрушить удалось почти все.
Послереволюционные голод и разруха. Человеческая жизнь больше не стоила ничего, а монашеская и того меньше. Монастырь разогнали. Хорошо еще, что все братию не пустили в расход, как оно нередко случалось в других местах. Просто выгнали взашей.
Можно было тихо осесть в какой-нибудь подмосковной деревушке, заняться ремеслом, хозяйством: отец Нил вырос в деревне и работы никакой не боялся.

Но уйти из церкви означало оставить всех тех, кто нуждался в утешении и молитве. А таких было очень много. Люди, помнившие еще прежнюю, мирную, жизнь, никак не могли понять, что же с ними случилось, еще оплакивали своих погибших в войну и революцию родных, с ужасом ожидали новых смертей и преследований. И только в церкви они могли открыто выплакать свое горе, припав к такими родным и привычным с детства иконам.

И отец Нил остался с людьми, еще недавно так громко кричавшими о косности церкви и ее бездуховности. Он стал настоятелем Спасского храма в 1931 году. Согласиться на это в то время было равно подписанию самому себе смертного приговора.

Но народ шел и шел к батюшке, умоляя выслушать, ища поддержки и утешения.
И старый монах служил Богу и им, детям Божьим, несчастным и растерянным.

Местные власти не на шутку всполошились. Анонимные письма в надлежащие учреждения шли одно за другим: "Привлекает народ... Пользуется большим авторитетом".

И в один из ясных прохладных дней ранней весны отец Нил вышел из ворот нашей церкви прямо в жизнь вечную.

Его расстреляли почти сразу после ареста. Следствия практически не было.
А что выяснять? Все и так понятно. Никому и никогда не изменить старого монаха, и он не изменит своей вере и своему долгу.

Борцы за новую жизнь хотели, чтобы отец Нил исчез навсегда. Но вот уже давно без следа исчезли все они. А наш батюшка по-прежнему с нами!

Он служит каждую Литургию с нашими священниками в алтаре.
К нему первому всегда подхожу я перед службой, чтобы взять благословение: икона батюшки в центре храма.

И нисколько меня не смущают гневные реплики в сторону нашего священства или высокомудрые прения о бездуховности наших приходов. Потому что точно я знаю: случись что, исчезнут из поля зрения пламенные борцы, рассеются как туман глашатаи высоких идей, но до самого смертного своего и мученического конца будет стоять в храме священник, защищая нас всех своей молитвой и любовью.


(© А.В. Николаева)
Tags: Вера
Subscribe
promo nikolaeva may 1, 00:41
Buy for 250 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments