Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Categories:

И жизнь, и слезы, и любовь (ч.2)

Страстность, эмоции вперехлест, быстрые движения тонких рук, звенящий от негодования голос. Бабушка. Мама Аня. Обличительные итонации так были ей к лицу. Она была адвокатом, юрисконсультом по профессии, а звучала как настоящий прокурор, негодуя, клеймя, раскрашивая свой мир в привычную для нее зебру - черное/белое.
"Да-да, девочки. Ваш дед - подлец", - так всегда начинала она привычную для нас обвинительную речь. Мы с Дашкой синхронно довольно невежливо громко фыркали. Ритуальные проклятия в адрес деда Феди никогда не производили на нас должного впечатления. Для нас это была привычная застольная песня, предваряющая появление блинчиков, сырников и оладушек. Мама Анечка была такой мастерицей пирожково-блинчиковых дел, что сладкие кулинарные запахи совершенно вытесняли из наших голов любую другую информацию.
- И нечего смеяться, вы просто ничего не знаете, - подхватывала Мама Анечка оборванную нашим непочтительным хихиканьем нить рассказа о своем бывшем муже, а нашем нынешнем дедушке. Это была единственная тема, которая никогда ей не надоедала. Она могла говорить о нем бесконечно, бессовестно пользуясь тем, что рты у нас набиты блинчиками, и поэтому мы никак не можем посягнуть на ее роль бессменного оратора. Федя, Федя... Только о нем.
Похоже, так было с ее ранней юности. Как только она увидела своего Федю, все остальные мысли и темы стали несущественными навсегда, мир для нее стал называться "Федя".
"4 января 43
Понедельник. Прошли дни нашей встречи с Федей. Дорогой Федульчик. Я никак не ожидала, что он приедет. Прихожу домой в субботу, а меня встречает: " Федя приехал на четыре дня. Раненный в левую руку."
Хороший и худой. Ранен в руку, контужен в бедро, переломы, задеты почки. Долго сидели. Он проводил. Стояли не особенно долго, но замерзли порядочно, так как было холодно. И опять его поцелуи. Как я их люблю. Могу целоваться с ним без конца. В воскресенье пробыл целый день у нас. О, как я его люблю! В понедельник обиделись друг на друга. Во вторник не встречались. В среду помирились. В четверг хорошо провели время. В пятницу он уехал. И опять мое сердце болит. Не получила еще ни одного письма, несмотря на то, что ему писала. Не знаю, почему молчит. Может быть, разлюбил уже. А как я его люблю теперь, в десять раз сильнее. Разрыв в настоящее время для меня невозможен."
Какой разрыв, с чего? О нем не было и речи. Только что, 20 декабря, Федульчик пишет своей Анечке:
"Миленькая! Дорогая! Горячо любимая Анечка! Самое близкое мое и дорогое! Родная и незаменимая! Сколько мучений и страданий ты перенесла за эти полгода нашей разлуки! Бедная крошка, счастье мое, дорогая девочка! Какой горячей взаимностью ответила ты на мою безумную к тебе любовь... Миленькая девочка! Я вернулся. Я - тот, о котором у тебя было столько сомнений. Но война снова может разъединить нас. И для меня разлука будет еще более тяжелой. Давай соединим нашу жизнь в одну, будь мне женой... Будем жить, как сумеем, но мы будем счастливы. Тогда ничто не разъединит нас."
Но Анечка вся кипит и пылает, не может быть ничего хорошего, она это точно знает:
"22 января 43 года
Два тоненьких и сухих письма.... Правду говорят, что не верь мужчине. Он в любое время изменит. Какая это истинная правда. Сволочи! Я ведь еще молода. А раз молода, значит найду себе друга. Так вот, дневничок, остались мы с тобой двое. И никто с сего дня не будет читать тебя . Уж он не возьмет его в руки. Ну, понятно: дружбе пришел конец. Все кончим, Федульчик. Я давно это знала, так как ты красив как чорт".
А ведь всего неделю до этого он прислал ей с фронта стихи , и она плакала над ними:
"Вчера получила письмо от Феди. Он не получил моих писем, но мне верит, верит, что я его люблю. Об этом он пишет:
Слова твоей любви
Так искренне полны твоей душою!
Тебе смешны мучения мои,
Но я любим, тебя я понимаю.

Где уж смешны мне его мученья, кода я и сама не менее мучаюсь".

Причина разрыва на всю жизнь - коротенькие письма. Напомним: все это время Федя или долечивается в госпитале, или на воюет фронте. Они не видятся. Тем сильнее страсти, тем больше обид:
"Пишет такую ерунду, что с ног сшибает. Пишет, что время горы рушит, и мы друг друга забудем. Но меня он любит и изменился, и может мне не понравиться.Подал заявление и едет на фронт. Ну и чорт с тобой".
По всему дневнику бабушки - красные подчеркивания. Это уже дедушка. Читает... Делает выводы... В этих отрывочках он подчеркнул слова "сволочи" и "найду себе друга", а также "пишет такую ерунду, что с ног сшибает" и "ну и чорт с тобой". Значит, опять давала ему читать свой дневник, как это уже было раньше. К первой части дневника Федя приписал:"Не выразить словами горячей пылкости чувств моих, когда прочитал твой дневник! Я готов был целовать и прижиматься к тебе, рыдать и смеяться, рыдая, прочтя каждое слово твоего дневника."
Боюсь, вторая часть вызвала такую же бурную реакцию, но уже не восторженную. Жирным красным карандашом подчеркнуты слова о том, как Анечка ходила на танцы и легко и красиво танцевала. Коварная! Танцевала!
Была ли эта буря страстей спровоцирована первым чувством? Нет, думаю, всегда слишком много такого неясного было на душе, тяжело давалась жизнь, не было в ней каких-то важных опор и ориентиров:
"15 декабря 42
И вот ко мне вернулось самое раннее детство, когда я после всякой обиды мечтала о своем уничтожении и горе родителей. Но, бедная девочка, я совсем не подозревала, что я им только в тягость, и они были бы только очень, очень этому рады. Но меня и сам чорт не берет. Разве я виновата, что она (прим: речь идет о ее маме)очень нервничала, когда была мной беременна.
Никто мне никогда ничего не говорил хорошего. Все указывали мне на мою уродливость, удивительно с малых лет. И я ко всему миру лелеяла не любовь. Нет. Ненависть. В моей памяти нет ни одного родительского поцелуя.
Я ничего не жду в будущем... Ладно, буду все переносить. Только за каким чортом мне эта жизнь".
Правда ли это? Очень отчасти. Действительно, бабушка Груня, ожидая дочку Анечку, пыталась выходить так и не оправившуюся после свирепого голода в Поволжье дочку Лидочку. Это была, по рассказам прабабушки, ангелоподобная девочка. Умирающая от голода, она откладывала последние свои крошки мамочке, никогда не жаловалась, что хочет есть. Очень жалела свою бедную мамочку, выброшенную из богатой семьи первого мужа после его смерти, ютившуюся в разрушенной избе, лишенную всякой помощи человеческой. Бабушка Груня без ума любила этого несчастного ребенка, единственного выжившего из многих ее детей от первого брака. Она очень любила покойного мужа и в этой малышке видела его родные милые черты. Чтобы спасти ее, она вышла замуж за бывшего кучера своего отца, который обещал кормить ее и сиротку. Но девочка была уже совсем плоха. Она умерла сразу после того, как родилась дочка Анечка. Семейное предание сохранило горькие слова, которые в безумии горя прокричала моя несчастная бабушка:"Лучше бы эта умерла",- рыдала она, показывая на новорожденную. На что глубоко верующая свекровь без гнева сказала своей новой невестке:"Господь сам знает, кому умереть, кому жить".
Бедная бабушка Груня сама с глубочайшим раскаянием рассказывала эту историю. И всегда винила себя в том, что ее, конечно, ничуть не меньше любимая дочка Анечка растет худой, нервной и впечатлительной из-за того, что она дала тогда волю своему горю. Бабушка Груня рассказывала, что она плакала так, что почти ослепла. До этого она уже похоронила трех детей, но такого отчаяния не испытывала никогда. "Я думала, что выплакала всю уже душу и сердце. Плакала до тех пор, пока не увидела сон. Увидела я маленький гробик, в нем моя девочка, а гроб уже почти весь заполнен слезами. И она, детонька моя, говорит мне из гроба:" Мамочка, не плачь, я уже скоро захлебнусь". И я больше никогда о ней не плакала, никогда. Мне стало страшно за своего ребенка." Бабушка, верующий человек, всех своих умерших малышей чувствовала как живых. По старому народному поверью, она никогда не ела яблок до Яблочного Спаса:" Тогда мои деткам в раю яблочка не дадут". Всегда с мечтательной улыбкой рассказывала мне, что когда она умрет, она всех своих малышей обнимет и уже никогда они не расстанутся. Я точно знаю: Господь не обманул упования моей бабушки-мученицы.
Возможно, такие семейные предания и заставили юную Анечку поверить, что ее не любят. Но настоящая любовь и нежность способны победить любой морок, и вот уже через два года она пишет:"Целый день в голову лезет детство, Митя, мама, папа. Все кажется таким милым, родным и далеким. А охота вернуться, еще раз прожить".
Конечно, они очень любили друг друга, мама и дочка. Разговаривая с нами, правнучками, бабушка даже имя ее всегда произносила с каким- то придыхание:"А-анечка!" В ее рассказах дочка всегда была самой милой, умной и красивой. Не думая о себе, по ее зову срывались дедушка с бабушкой из Сибири, тащили в голодный город продукты, растили внуков. Мама рассказывала: " Приедешь погостить к бабе Груне, утром проснешься - бабушки нет. Побежала на рынок покупать для внучечки все самое лучшее и свежее".
И дочка Анечка всю жизнь помогала родителям и до самой смерти 95-летней матери преданно и нежно ухаживала за ней.
И Анечка с Федечкой всю жизнь страстно любили друг друга, успешно превратив свою жизнь и жизнь всей семьи в маленький локальный ад. После их развода, как рассказывала мама Аня, она часто уезжала за город, заходила в лес подальше и там кричала что есть сил, чтобы хоть чуть отпустила сердце страшная боль. В прошлом - 25 лет брака, годы войны, голод, учеба, дети, любовь. В настоящем- этот страшный крик женского одиночества и боли:" Федя, Федя!"
- Да-да, девочки, ваш дед - подлец.
Она не могла не говорить о нем. В больших глазах вместо любви сияла ненависть. Или любовь? Или страсть, заглушившая и затушившая настоящую любовь?
Почему страсти перечеркивают, перебивают, уничтожают то настоящее, что должно спасать и оберегать? Была любовь, но все затопила страсть. Та страсть, которую так любили описывать наши классики и в которой нет никакой правды.

Баба Груня со своими детьми, Митей, который погиб в 18 лет на войне, и Аней, которая стала моей бабушкой

Анечка

Федя, его отец Федор Васильевич держит на руках мою маму, мамина мама Анечка


(© А.В. Николаева)
Tags: Семья
Subscribe
promo nikolaeva may 1, 2019 00:41
Buy for 250 tokens
До 500 000 показов вашего контента всем заинтересованным в рекламе могу обеспечить на своём канале в Яндекс.Дзене. nikolaeva.lj@yandex.ru
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments