Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Categories:

Джуна

image
"Поднимите все руки, пожалуйста". Все подняли, и Джуна тоже подняла руки, развернув их ладонями к людям, и многие в эти секунды почувствовали на своих ладонях теплую волну.
В тот момент Джуну снимали фотографы, и на фотографии четко видно свечение возле пальцев целительницы. Эта хранится в архивах моего отца.


8 июня 2015 умерла Джуна. Я её знала.


Впервые в прессе материал о ней появился в журнале "Огонек". И как раз мой отец, Владимир Николаев, который был в то время заместителем главного редактора, настоял на том, чтобы очерк о Джуне был опубликован.

Джуна тогда приезжала в редакцию и рассказывала о себе, а в конце беседы она сказала присутствующим на встрече журналистам:"Поднимите все руки, пожалуйста". Все подняли, и Джуна тоже подняла руки, развернув их ладонями к людям, и многие в эти секунды фотографы зафиксировали свечение возле пальцев целительницы.



На моего папу она тогда произвела очень сильное впечатление. И понятно почему: красивая, энергичная, необычная и очень добрая. Очень.

Ей хотелось помочь всем. Моя мама сегодня вспоминала, как к Джуне как-то пришел незнакомый человек буквально с улицы. И она сразу кинулась помогать ему.
Денег за лечение не брала никогда.
- Я не могу, мне это бесплатно досталось, - говорила она.

Она помогала очень многим. Среди этих многих были самые известные люди государства: политики, музыканты, художники, писатели и актеры.
Поэтому в её квартире на стенах висели прекрасные картины, на полках стояли книги, подписанные авторами. Но стоило взять какую-нибудь книжку или безделушку в руки, Джуна сразу спрашивала со своим мягким неподражаемым акцентом:"Тебе нравится? Забирай!"

Дом её всегда был полон людей. Некоторые, по-моему, жили у нее годами. За стол вечером всегда садилась целая толпа.

Открытый добрый дом. Худощавая красивая хозяйка с огромными глазами, в которых мелькали светлые молнии, когда она начинала что-то страстно говорить, темпераментно жестикулируя. В ней было так много жизни, столько силы и любопытного внимания к миру.

Помню, я вместе с родителями привезла к ней своего первенца.
Ему был месяц. Мне нужна была её помощь.
Джуна бережно, ласково стала гладить голенькие ручки и ножки моего месячного мальчика. Она нежно что-то приговаривала, просто светилась от радости. Было видно, как ей приятен и понятен маленький этот мальчик.
Он же смотрел на нее широко открытыми глазами и вдруг ясно и отчетливо сказал:"Агу". Мы ахнули от удивления. Это было его самое-самое первое "агу", и он сказал его Джуне.

Джуна повернулась ко мне :"Нет, я не смогу ему помочь" (у сына была грыжа).
Моя мама горестно охнула: мы так все надеялись на Джуну.
- Что ты переживаешь?! - спросила её Джуна. - С ним все будет хорошо. Я вижу его красивым большим мужчиной. Очень большим.

Мы с удивлением все уставились на крошечного пупса, лежащего на диване.
А Джуна оказалась права. Сейчас мой Никита ростом почти под два метра. Но тогда в это с трудом верилось.

Видно было, что хозяйка очень переживает, что не может нам помочь.
"Я нарисую тебе картину", - сказала она моей расстроенной маме. Джуна как раз тогда стала рисовать свои очень необычные картины.
Вот картина, которую через несколько дней подарила Джуна маме, она до сих пор в родительском доме.

image


Потом Джуна посмотрела на папиного друга - Диму Курса, который всех нас привез к ней на своей машине, и сказала: "А тебе помогу, у тебя очень больные ноги". И это было, конечно, так. Джуна никогда не ошибалась в диагнозах. И никогда зря не обещала, она, правда, ему очень помогла.

Все это было в конце восьмидесятых. Это было хорошее время для Джуны, её наконец признали, она была в силах, ей разрешили даже создать свой центр по обучению бесконтактному массажу.
И нас с мамой она пригласила на свои занятия. Отказать Джуне было невозможно. Она горела этим проектом.

- Я не могу помочь всем, - говорила она, - но каждая мать может помочь своему ребенку, каждый человек может вылечить другого человека, если захочет, надо только понять мой метод.

Мы с мамой стали учиться. В то время в центре Джуны собирались очень интересные люди. Многие из них были известные врачи, очень уважаемые люди. Меня опекала хороший детский врач. Я называла её Ларисой.
Она, откуда-то услышав о Джуне, очень заинтересовалась её методикой, но сначала захотела узнать о работе центра изнутри.
Поэтому скрыла, что она медик, и устроилась в центр простой уборщицей.

Когда я познакомилась с Ларисой, весь этот маскарад был уже позади: в центре она увидела такое, что сомнений не было: бесконтактный массаж работает.

Стала работать там и Лариса. А меня взяла себе в помощницы. Мы принимали с ней людей вместе. Лариса показывала мне, как можно видеть руками, объясняла, как звучит та или иная болезнь. Если попытаться приблизительно объяснить, что чувствовала лично я, когда работала с пациентом, то картина будет примерно такой.

Сначала водишь руками вдоль тела человека на расстоянии примерно десяти сантиметров. Человек стоит, он в одежде.
Постепенно чувствуешь, как твои руки становятся горячими и тяжелыми, и тут же приходит ощущение, что под руками что-то есть. Это "что-то" похоже на толстую веревку. Теперь надо пытаться ухватить за нее и идти туда, куда она ведет, к той точке на теле, где она начинается. Все это надо делать, не прикасаясь к человеку.

Но люди нередко очень сильно реагировали на такой массаж. Некоторые даже вскрикивали от боли. Хотя никого мы не трогали даже пальцем.

Мне было тяжело. Я очень уставала и стала болеть. Лариса ругалась, что я не умею сбрасывать чужое, постоянно после сеансов сама начинала работать со мной, обеспокоенно ворча.

Я никогда не спрашивала у нее о диагнозах тех, кто к нам приходил. Но однажды пришлось.

В тот день пациенткой оказалась невысокая худощавая женщина, молчаливая, немного угрюмая. Я привычно заскользила ладонями вдоль её тела, но ничего не почувствовала. Подняла руки на уровень груди, сосредоточилась. Ничего. Холод и все. Не за что ухватиться. Я уже хотела встать со спины и попробовать еще раз, как вдруг почувствовала сильный удар в челюсть. Меня шатнуло. Женщина стояла неподвижно, опустив глаза. Похоже, она ничего не заметила. Я быстро подняла вновь руки. Мои раскрытые ладони были на уровне груди пациентки.
И в тот же миг еще более сильный удар почти отбросил меня к окну.

Потирая ноющую челюсть, я, извинившись, отошла за Ларисой, которая была занята с другим человеком.

Отозвав её, рассказала, что произошло. Лариса нахмурилась и отрывисто сказала:" Рак. Последняя стадия. Тут ничего уже не сделать. После сеансов она чуть бодрее, и все. Не подходи к ней больше, я сама".

С этого момента я стала задумываться. Что происходит здесь? Сомнений в том, что что-то происходит, не было: слишком много я уже видела.

Абсолютно ясно, что и те, кто лечит, и те, кто болеет, воздействуют друг на друга. Как, каким образом? Не знаю.
Знаю одно: там я научилась снижать руками температуру у людей, могла повысить или понизить артериальное давление, довольно быстро снять головную боль любой интенсивности. Все это я проделывала многократно, в том числе, конечно, и со своими родными.

Это было удобно,хорошо... Но что-то тут было не так.
Ребенка своего я лечила всегда руками, если он заболевал. Но вот однажды мы заболели вместе. Колоссальная температура была у меня. И я не смогла лечить его привычным образом, не получалось... Только врачи, таблетки... Обычное традиционное лечение. А он никак не выздоравливал. Он ждал помощи от меня. Или его организм ждал? Не знаю, как объяснить, я не врач. Но интуитивно в тот момент я поняла, что вмешалась достаточно грубо в процессы, которые не понимаю.
Я тогда совсем не ходила в церковь, ничего не знала о том, что церковь крайне отрицательно относится к экстрасенсорике, я просто сама почувствовала опасность.

Я много говорила об этом с Ларисой. Она, очень опытный и хороший доктор, знала гораздо больше меня и умела тоже гораздо больше. И вот она как раз стала ходить в тот момент в церковь.

В результате я ушла из центра, навсегда прекратила практиковать бесконтактный массаж. А Лариса уехала работать врачом под Киев в детский дом для детей-инвалидов. И она позже, при встрече, рассказывала мне, как ей трудно бывает не поддаться соблазну осмотреть ребенка так, как она привыкла, - руками. Но она в тот момент уже видела, как это опасно. То, что видела она, я сейчас рассказывать не буду. Скажу одно: избегайте целителей всех мастей.

А Джуна... Джуна была уникальна. С ней бесполезно было все это обсуждать. Её огромная сила рвалась наружу, она не хотела её сдерживать и не видела в том смысла. Напротив, ей казалось, что её сил хватит на весь мир.
Не хватило.

Сегодня все эти воспоминания нахлынули на меня. Весь день я с благодарностью вспоминаю прекрасную, красивую, добрую Джуну.
И с больший грустью - то, что я видела и в чем участвовала.
Почему-то уверена: трагедия жизни Джуны тоже связана с её удивительным, но опасным даром. Так же, как и смерть её любимого единственного сына.

Сегодня я молюсь за нее и надеюсь, что Господь помилует рабу свою за её удивительную доброту, за её честное открытое сердце, за её любовь ко всем.
Tags: Горе, Хорошие люди, Я-муары
Subscribe
promo nikolaeva may 1, 2019 00:41
Buy for 250 tokens
До 500 000 показов вашего контента всем заинтересованным в рекламе могу обеспечить на своём канале в Яндекс.Дзене. nikolaeva.lj@yandex.ru
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 99 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →