Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Categories:

Значит, нужные книги ты в детстве читал...

Начало:
  • Школа начальная Сестренка Наташка теперь первоклашка...

  • (третий класс, начало средней школы)
    В третий класс я пошла уже в Кунцево.

    В этой школе никто не знал, что я хуже всех, и я быстренько стала практически "лучше всех".

    Учительница была молодая, в кудрях и каблуках. Она беззлобно посмеивалась, глядя на нас. И мы даже ходили в парк собирать листья, выращивали тюльпаны в классе, играли.

    Класс был веселый и озорной. Все мы были из нового огромного дома, совсем недавно выросшего рядом с нашей школой. Именно для новоселов и открылся класс "Г". У нас было немало иностранцев: два подъезда дома отдали под общежитие для специалистов из других стран. Зарубежные детки, не зная сначала ни слова по-русски, уже месяца через три бодро чирикали с нами. Был в классе и мальчик Гога из Грузии, он знал одно-единственное русское слово - "козел". И произносил его с самой разной интонацией, в зависимости от ситуации. "Ко-о-озел", - протяжно радовался он с нами, увлеченный совместной игрой. "Козел!" - бросал он гневно-краткий вызов в лицо обидчику.

    Смешливая молоденькая учительница сумела создать в классе атмосферу дружественную и немного бесшабашную. Новому классу "Г" места в школе не хватило. И мы учились во вторую смену. И это было классно. Никаких больше сумрачных вставаний, никаких мерзлых пробежек до школы в полусне.

    Утро царственное, неспешное. Школа в вечерних сумерках, пустое здание, и наш ошалевший от свободы "Г" класс гулким козьим стадцем носится по этажам. Бешеные игрища не обходятся без травм. Элька Дронова влетела в стену и сломала руку. Но наша учительница и в этом не увидела большого горя. Теперь она, когда Эльку дразнит ее сосед по парте Юрка Бугров, советует ей хорошенько стукнуть его гипсом по башке.

    Так и запомнился этот третий класс: игры в школе, катание с гор у дома, казаки-разбойники, вышибалы, резиночка, в которой была даже пятая позиция. Пятая позиция - это когда резиночку поднимали до уровня плеч!

    Скакали и бегали без устали. Я была чемпионом по резиночке и классикам. Везде с собой носила биту для классиков. Правильная бита - 80% успеха в игре. Без всяких спортшкол мы все быстро становились сильными и ловкими. Большую часть дня проводили на улице. Не представляю, как живут современные дети без всего этого. Уже давно во дворах Москвы не вижу я меловых квадратиков на асфальте, не слышу веселой чеканки мячом об стену.

    Были еще какие-то и авторские, дико-оригинальные игры на один день. Так, помню, у меня дома собралось не меньше десятка девочек. И все мы разделись догола и скакали в таком виде по диванам и креслам. Игра называлась "Жизнь доисторических людей". Хорошо еще, что моя мама-пуританка не вернулась в этот момент домой. Стая голых девчонок, скачущих в восторге по ее супружескому ложу, вряд ли бы ее умилила.

    Дворовая суета притягивала в жизнь разные неведомые прежде ситуации.

    Так, мы с подружкой Иркой качались на качелях на детской площадке в соседнем дворе, когда вдруг из маленького деревянного домика на нас выскочил странный дядька в приспущенных штанах, активно потрясающий зажатым в руках сокровищем. С визгом соскочили мы с качелей и помчались к дому. Уже у подъезда нас увидела Светка Малеева, наша одноклассница, и немедленно потребовала отчета , почему мы носимся как полоумные. Запинаясь от возбуждения и перебивая друг друга, мы рассказали ей о той невероятной картине, которую нам только что удалось узреть.

    - Дуры, - презрительно буркнула нам уже на бегу Светка. - Надеюсь, он еще не ушел! - и она быстрее лани помчалась в соседний двор.

    Светка была вообще очень рисковой и смелой девчонкой. За ее спиной уже было 5 лет детского садика с обязательной садовской дачей на три летних месяца. Поэтому ей было море по колено. Она часто приходила ко мне домой за детскими книгами: родители к тому времени уже собрали роскошную, просто невиданную по тем временам библиотеку детской литературы. Взяв из шкафа несколько книг, она садилась на подоконник в моей комнате, свесив ноги на улицу, и неспеша проглядывала их, чтобы две или три отложить для домашнего чтения. Все бы ничего, но жили мы в то время на четырнадцатом этаже. Я садилась на диван и молча наблюдала за Светкой, переживая в душе сложную гамму чувств, варьирующуюся от осуждения до восхищения. И все же я была слишком правильным ребенком, чтобы одобрить такое безрассудное поведение.

    Что касается книг, то, как это ни покажется теперь многим странным, почти все мои сверстники много и с удовольствием читали. Может, и не всегда классику, но хорошие детские книги и девочкины романы типа "Джейн Эйр". Это было такое наслаждение набрать в духовке черных соленых сухариков, упихаться погубже в красное шершавое кресло и нырнуть в чужую историю с головой.

    Помню, как поздним зимним вечером читала я про то, как Джейн увидела призрака в спальне умершей матери. Я сама сидела в нашей красной гостиной: бордовые занавески, вишневые кресла и диван, огромные стеллажи с книгами, старинные бронзовые подсвечники на полированной тумбе.

    И вдруг эта красная комната показалась мне такой страшной и опасной, что я бросилась на кухню к маме.

    Запойно читать я начала еще в больнице. Видимо, интуитивно старалась закрыться от жуткой больничной реальности, которую изменить не могла, и нашла спасение в чужих историях.

    Сначала я перечитала всего Бажова, наслаждаясь каждым словом. Что-то было завораживающее в этих недетских сказках. Потом почему-то "Анну Каренину". Абсолютно все поняла и страшно осудила Анну за то, что, бросившись под поезд, она окончательно лишила своего маленького сына надежды на материнскую любовь. Во всех отношенческих коллизиях романа самой главной мне показалась нить отношений матери и сына. Это была самая правдивая и чистая эмоция книги. Я, кстати, до сих пор так думаю.

    Любовные романы читала легко и с удовольствием. К этому времени та же Светка бесстрастно описала мне тайную сторону отношений мужчины и женщины. Светка упирала на технические детали, и для меня это стало еще одним доказательством не вполне удачного устройства мира взрослых отношений. Однако с удовольствие уже в четвертом классе прочитала всего Мопассана, рассказы Куприна и Бунина. Мне кажется, это очень подходящий возраст для чтения такой литературы, если вообще стоит ее читать.

    Дело в том, что когда тебе 9-10, твои личные страсти еще не выросли, и ты читаешь о плотской любви спокойно и бесстрастно, отмечая интересные ситуации и психологию характеров. В более старшем возрасте концентрируешься больше на другом, менее важном и интересном.

    Вторая школьная смена поломала мой детский сон, беспорядочный режим породил бессоницу. Бессонными ночами я читала почему-то только мифы Древней Греции, причем не в детской обработке, а в издании Академии наук. Через полгода я знала всех героев древних сказаний и мельчайшие подробности их биографии. Очень нравился Марк Твен, Чехов, О. Генри.
    Появился в это же время у меня и новый духовный опыт.

    Ежевечерне молиться я начала после того, как пошла в школу, когда меня так серьезно прижала жизнь. Это были наивные, детские, но очень искренние слова. Молилась я Ангелу Хранителю и Николаю Угоднику, о них часто с любовью рассказывала прабабушка Груня.

    А тут я как-то пришла в гости (мы очень часто ходили друг к другу в гости) к своей любимой подруге Таньке. Нас было там несколько девчушек. И вдруг кто-то предложил вызывать духов. Видимо, кому-то из нас попалась информация о спиритических сеансах. Быстро написали буквы, разложили их по кругу, в середине - бутылочка, которую мы вертели по очереди. И, как положено, стали задавать вопросы и Пушкину, и Ленину. И вдруг стали получать и довольно связные ответы. Восторгу нашему не было предела. Очень неопытные в духовных вопросах, мы и знать не знали, насколько мир незримый реален. Наигравшись, разошлись.

    И ночью я увидела более чем странный сон. Я видела себя лежащей на постели и как бы спящей, а вокруг моего диванчика стояли абсолютно голые мужчины и женщины, их было очень много, и стояли они ярусами, в воздухе, последние ряды у самого потолка. Такой страшный синюшный амфитеатр. И все они говорили мне: "Больше не тревожь нас, не зови нас." И так много раз, протяжно, голосами, лишенными всякой живой интонации. Проснувшись, я поняла, что это были те, кого мы потревожили вчера вечером. Сущности не этого мира. Больше никогда в жизни я в таких играх не участвовала.

    Третий класс, начало средней школы - время, когда очень активно растет и формируется душа. Но тело ведь тоже присутствовало. И в пятом классе оно резко начало выдвигать свои правила жизни и поведения.

    Продолжение:
  • В пятом классе Школа женщин

  • Tags: Семья, Я-муары
    Subscribe
    promo nikolaeva may 1, 2019 00:41
    Buy for 250 tokens
    До 500 000 показов вашего контента всем заинтересованным в рекламе могу обеспечить на своём канале в Яндекс.Дзене. nikolaeva.lj@yandex.ru
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your reply will be screened

      Your IP address will be recorded 

    • 54 comments