Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Цена слова

Считалось, что для пишущего человека не было большей почести, чем выступление на страницах «Правды». Это означало, что он абсолютно благонадежен и никогда не подведет советскую власть, что ему можно доверять и, главное: можно и даже нужно печатать его в газетах и журналах, издавать его книги, ставить в театрах его пьесы и делать фильмы по его сценариям.

Да, соблазн для пишущей братии был велик!
Но вкус у газеты был своеобразным, можно сказать, острый собачий нюх на писателей самого верноподданнического толка, причем, не только в сталинские времена. И после его смерти «Правда» особенно привечала писателей, в недавнем прошлом делавших свою карьеру еще при Сталине. Так, одним из частых гостей на ее страницах был В.Кочетов, вошедший в историю русской советской литературы бездарной ура-патриотической прозой и погромной публицистикой с безграничным преклонением перед властями. «Слава партии!», «С партией»- таковы обычные заголовки его газетных выступлений. Несколько строк из статьи Кочетова «С партией»:

«Стали появляться произведения литературы, теоретические работы, в которых утверждаются, как еще когда-то с иронией говорил Маяковский, темы «общие для всех человеков». А что это означало бы? Это означало бы то, что и литература и искусство постепенно стали бы утрачивать значение оружия в борьбе за коммунизм, так как в рамках тем, «общих для всех человеков», нет ни классов, нет ни двух мировых систем, ни двух идеологий».
Далее в своей статье он воспевает посещение выставки московских художников руководителями партии и правительства, а также их знаменательную встречу с писателями, художниками, кинематографистами, музыкантами:
«И вот, когда думаешь сегодня о нашей партии, умеющей мужественно отвести грозный удар от мира (это в связи с недавним кризисом из-за советских ракет на Кубе – В.Н.), непрерывно совершенствующей свою всё организующую деятельность, помогающей передовой части литераторов и художников находить верную дорогу, успевающей всюду и везде,- невольно задумываешься над тем, сколько же в ее истории, в ее полной творческого горения жизни благодатнейшего и благороднейшего материала для мастеров пера, кисти, кино. Это ум, это твердость убеждений, железная организованность, это верность идеям революции, верность народу…»

Какая же это сладкая, приторная лесть! И все это пишется о партии на страницах ее же центрального печатного органа! В таком же духе выступали в газете и такие литературные братья Кочетова, как Н.Грибачев. А.Софронов, М.Алексеев, С.Сартаков, Г.Марков, А.Чаковский, С.Бабаевский, М.Буббенов, А.Первенцев, не говоря уже о главном авторе «Правды» М.Шолохове.

Литературной критики как таковой в газете не было, ее заменяли редкие рецензии директивного характера и, можно сказать, кочетовского направления. Даже в 1962 году, когда сам Хрущев поддержал А.Солженицына и «Правда» не могла на это событие не откликнуться, газета осталась верной себе. Написать о Солженицыне редакция поручила В.Ермилову, первому критическому цепному псу. Это у него в дачном поселке Переделкино написали на заборе: «Осторожно! Злая собака». Ермилов выполнил и этот редакционный заказ. Всю первую половину своей рецензии он посвятил разбору новой повести В.Кожевникова «День летящий», опубликованной в журнале «Знамя». Кто-нибудь слышал о таком произведении?! Расхвалив повесть, Ермилов затем перешел к повести Солженицына «Один день Ивана Денисовича». Можно сказать, сравнил божий дар с яичницей! Эпохальное произведение было поставлено в один ряд с очередной поделкой партийного подголоска. Такое отношение газеты к Солженицыну, разумеется, не прошло незамеченным, кочетовы продолжали процветать и командовать в нашей литературе.

Наши партийные вожди любили лично руководить литературой и искусством. Хрущев делал это с особым рвением. Он собирал творческую интеллигенцию на встречи с руководителями партии и правительства, учил, как надо творить, устраивал жестокие разносы за все то, что ему не нравилось и чего он лично не понимал. Его вопиющая необразованность и неуемный нрав в сочетании с подобострастным поведением приглашенных на такие встречи превращали эти полупьяные разборки в какой-то трагикомический фарс. И каждое такое событие самым подробным образом освещалось в «Правде». Об атмосфере таких встреч может свидетельствовать выдержка из правдинского отчета, выступает Л.Ильичев, секретарь ЦК партии по идеологии:
«Описывая годы культа личности, И.Эренбург выдвинул так называемую «теорию молчания», которая в то время будто бы являлась нормой поведения советских людей и, конечно, самого автора мемуаров (то есть Эренбурга – В.Н.). Тогда многим якобы было известно о злоупотреблениях Сталина властью, но иного выхода, кроме как жить, «стиснув зубы», они не видели. Каждый старался сохранить себя, ибо верил, что со временем все измениться. «Теория молчания» была подвергнута критике в статье В.Ермилова в «Известиях». Нельзя, товарищи, соглашаться с такой фальшивой, неправильной «теорией». Прежде всего она набрасывает тень на советских людей, которые с энтузиазмом строили социализм и верили в правильность действий товарища Сталина… Не верна «теория молчания», кстати, и в отношении самого И.Эренбурга. Вы же ведь не молчали тогда, Илья Григорьевич, а восхваляли и восхваляли в полную меру Вашего публицистического таланта… Все мы тогда, не лицемеря, так писали и говорили. Мы верили и писали. А Вы, выходит, не верили, но писали! Это разные позиции! (Аплодисменты)».

Какая же это яркая демонстрация партийного иезуитства и словоблудия! Слова Ильичева удивительно точно отражают ту лицемерную политику в жизни и литературе, на которую позволил себе решиться Хрущев, на большее он был не способен. Его идеологический помощник подвел «теоретический» базис под линию поведения сталинистов на многие годы вперед. Наглый тезис «мы ничего не знали и слепо верили», разумеется, не выдерживает никакой критики, но, тем не менее, используется до сих пор.
Как известно, в 1961 году было решено вынести мумию Сталина из Мавзолея и захоронить его у Кремлевской стены. По этому поводу в «Правде» было опубликовано стихотворение Е.Евтушенко «Наследники Сталина». В нем поэт предупреждал, что сталинисты все еще мечтают о реванше и хотят повернуть вспять ход истории. И в том же самом стихотворении он славит… нашу коммунистическую партию:
Велела
не быть успокоенным
Партия мне.
Пусть кто-то твердит:
«Успокойся!» - спокойным я быть не сумею.
Покуда наследники Сталина есть на земле,
мне будет казаться,
что Сталин еще в мавзолее.
Как же это характерно для того времени! Поэт спешит заявить, что это партия надоумила его на такое стихотворение. В своей книге «Волчий билет» Евтушенко раскрывает историю появления «Наследников Сталина» в «Правде», он пишет о том, что Лебедев, помощник Хрущева, попросил его подправить текст стихотворения, точнее: «Сделать вставку, где бы прозвучала тема честного труда советского народа и тема героической победы над фашизмом, несмотря на сталинские репрессии. Кроме того, он попросил меня вставить слово «партия» вместо слова «родина». Мне пришлось пойти на эти уступки… Был ли я прав, согласившись на поправки? Думаю, да. Даже в исправленном виде это стихотворение сыграло свою роль в истории, особенно потому, что было напечатано в «Правде».

Именно на таком высоком уровне, в ЦК партии, решалась судьба многих произведений Евтушенко. Так, в 1964 году там в течение нескольких месяцев изучали текст его поэмы «Братская ГЭС». В итоге в ней было заменено несколько глав новыми, а построчных поправок было сделано 593! Спрашивается, а что осталось после такой переработки? Спрашивается, насколько же далеко можно было заходить, делая уступки партийной цензуре? Как бы то ни было, но при Хрущеве «Правда» начала печатать на своих страницах не только кочетовых и грибачевых, хотя на примере с «Наследниками Сталина» видно, что каждый раз это был не простой процесс. Я не знаю, что заставило В.Аксенова выступить в 1963 году в «Правде» со статьей «Ответственность». В ней он с благоговением пишет об очередной встрече деятелей культуры с нашими вождями, о том, как она много дала ему лично, и свидетельствует: «Прозвучала суровая критика неправильного поведения и легкомыслия, проявленного Е.Евтушенко, А.Вознесенским и мной. Я считаю, что критика была правильной». Какой закулисный разговор, какой соблазн стоял за этим выступлением Аксенова в «Правде»?

С хрущевских времен не очень хорошему Сталину начали противопоставлять идеального Ленина. Вот как, например, отразил это в «Правде» А.Вознесенский. Газета на полполосы (!) напечатала отрывки из его поэмы «Лонжюмо», посвященной слушателям партийной школы Ленина в Лонжюмо (Франция). Несколько строк из нее:
А рядом лежит
В облаках алебастровых
планета –
как Ленин,
мудра и лобаста…
Какая тонкая и вычурная лесть интеллигента! Далее в поэме следует и еще кое-что интересное:
Однажды, став зрелей,
из спешной повседневности,
мы входим в Мавзолей,
как в кабинет рентгеновский,
вне сплетен и легенд, без шапок,
без прикрас,
и Ленин, как рентген просвечивает нас.
Не шелохнувши глаз, мы постигаем Ленина.
И шелухою с нас спадает все, что временно.
Есть в этой поэме, которая своим качеством, на мой взгляд, никак не блещет, строки все же весьма любопытные:
А когда над Москвою талой,
нужный времени позарез,
встал по-ленинскому
кристальный,
весь просвечивающий
дворец,
про пилоны его простые,
про зеленый аквамарин,
если спросят:
«Какого стиля?»
«Школы Ленина»,- говорим.
О том, как поэт рисует Ленина, говорить, наверное, не стоит, пусть это остается на его совести, но нельзя не обратить внимания на то, как он, архитектор по образованию (это его особая гордость), восторженно воспевает в стихах Дворец съездов, изуродовавший Кремль
Довольно странную славу полудисседента вместе с Вознесенским много лет разделял поэт Р.Рождественский. Но вот отрывок из его стихотворения «Пресс-конференция (Из американского блокнота)», опубликованного в «Правде» в 1963 году:
Кто будет первым?
По какому знаку
Вы ринитесь,-
щучье и караси?..
Эй ты, плешивенький!
Спроси про Пастернака!
Я ж вижу, как ты
ерзаешь,-
спроси.
А ты,
сидящий с краю,
пупсик розовенький,
о Сталине спроси…
Увы,-
я остаюсь
самим собою…
Эй, дядя!
Потянись к карандашу.
А ну-ка шлепни
тонкую
губою,-
спроси,
по чьей указке
я
пишу!
Скажи, что не свободен я,
что будто
твоя газетка
целиком
права…
О, как мне сладко
вмазывать
по букве
в твой лобик
неуютные слова.
По-моему, за соблазн напечататься в «Правде» Рождественский в данном случае явно переплатил, хватил лишнего, цена искушения оказалась уж очень завышенной. Эти строки можно назвать вопиющими по своему нахальству и вызывающей наглости, бесстыдству, они неплохо характеризуют совместные усилия «Правды» и писателей, стремившихся заморочить головы читателям.




Tags: Папины мемуары
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Дух чужого мужчины

    Есть, есть порох в пороховницах, а здоровый эрос в современных текстах. Не верите? Читайте Маргариту Симоньян. Но будьте осторожны, а то…

  • Палачи и жертвы

    Он — доцент известнейшего вуза. Она его ученица. У них многочисленные научные работы в соавторстве. Сейчас все СМИ сообщают о том, что Петербурге на…

  • В клочки порвали за клоачность

    Новости из клоаки! Ответишь за клоаку!!! От нас, клоакеров, респект и уважуха!!!". Слово "клоака" внезапно стало настолько популярным, что…

  • Территория любви

    Человек, похожий на человека, в форме, похожей на спецодежду, подошёл к другому человеку, сидящему на земле, и слегка попинал его ботинком. Не…

  • К обсуждению темы эвакуации детей из блокадного Ленинграда за деньги

    Я видела эту тему уже на самых разных площадках. Начинается она обычно так: «Детей блокадного Ленинграда эвакуировали за деньги родителей».…

  • Муляж свиньи

    Не, нормально, а? Дали ребеночку в школе задание принести фотографию на тему "Я, любимая книжка и мой маленький питомец". Сделали фотографию. Не…

  • "Веретено"

    Когда-то, много лет назад, мы с мужем случайно зашли в маленький магазинчик на Таганке. Забрели и замерли в изумлении: там проходил мини-показ…

  • "Я хочу, чтобы меня не забирала опека"

    Говорит шестилетний Денис и прячет лицо на плече двоюродной бабушки, единственного родного человека, который у него есть на этот момент. У…

  • Учитель пообещал отправить школьников в "газовые камеры"

    В классе начальной школы 28 детей, многие из них евреи по национальности. Учительница на уроке пообещала отправить в газовые камеры тех, кто не…

promo nikolaeva may 1, 00:41
Buy for 250 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment