Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Categories:

Перестройка. "Огонёк". Коротич

Весной 1985 года к власти пришел Горбачев, и начался отсчет нового времени, названного перестройкой. В «Огонёк» она пришла позже, весной 1986 года. Светлым апрельским утром мне позвонил домой тот самый Севрук из ЦК партии, о котором шла речь выше. Попросил срочно приехать к нему. Встретил меня приветливо, как бы неофициально. Объявил, что передо мной вызвал к себе Софронова и предложил тому уйти на пенсию, то есть покинуть пост главного редактора журнала.

Софронов понимал, что такой вопрос сам Севрук не решает, и тут же написал заявление. Разговаривая со мной, Севрук сиял, как именинник. Почему вдруг? Был рад тому, что перестройка добралась и до журнала? Ни в коем случае! Он, как был, так и остался в душе цековским монстром старого закала. Будучи опытным партийным царедворцем, он не мог смириться с тем, что Софронов обычно игнорировал его, обходил на самом высоком уровне, водил дружбу и обделывал свои и журнальные дела с партийными вождями.

Словно заговорщик, Севрук попросил меня собрать в редакции весь коллектив, которому он сам объявит эту новость. В назначенный час он с явным удовольствием это и проделал. Я спросил его о новом главном редакторе, он ответил, что и сам не знает, кого назначат. Не соврал, без главного мы прожили еще три месяца, и я с большим удовольствием поруководил, потому что наступило действительно интересное вольное время для журнала.

В июне 1986 года в журнал пришел в качестве нового главного редактора Виталий Коротич. Он родился в Киеве в 1936 году. Там же окончил медицинский институт, несколько лет работал врачом. Писал стихи и прозу, в 1961 году был принят в Союз писателей. В 1965 году оставил медицину и стал главным редактором журнала «Ранок». Автор многих книг стихов и публицистики. С 1981 года стал секретарем Правления Союза писателей СССР. Лауреат государственных премий УССР и СССР. Был депутатом Верховного Совета УССР, а затем – СССР. Перед переходом в «Огонёк» работал главным редактором журнала «Всесвит», занимавшегося зарубежной литературой. Много раз выезжал за границу, особенно часто в США и Канаду, в которой проживает много выходцев с Украины. В Канаде в течение десяти лет перед началом перестройки нашим послом был А.Н.Яковлев, изгнанный туда из ЦК партии как бы в почетную ссылку (давняя партийная традиция). Причина высылки: его выступления против черной сотни в нашей литературе. В Канаде Коротич и Яковлев просто не могли не встретиться. При назначении Коротича главным в «Огонёк» не было секретом, что он человек Яковлева.


1987 год. Идет заседание редколлегии "Огонька". Крайний слева - главный редактор Виталий Коротич. А с бородой - мой отец, автор этих записей

Я до этого Коротича не знал, встречал только иногда на разных мероприятиях в Союзе писателе в Москве, на которые он часто приезжал из Киева. Перед самой перестройкой у нас с ним вышли большие книги о США, у него – «Лицо ненависти», у меня – «Американцы». Уже сами эти названия говорят о разной направленности нашей публицистики. Его стандартно критическое наше отношение к «американскому империализму» не могло меня не удивить, ведь он был способным и умным человеком. Поэтому я послал ему в Киев своих «Американцев» с короткой запиской, никак не комментируя его книгу. И получил от него письмо, в котором он с большой симпатией и знанием дела расхвалил мой труд. Конечно, это было для меня неожиданностью, такого отклика от автора «Лица ненависти» я никак не ожидал. Так мы заочно познакомились, не подозревая, что скоро, уже весной 1986 года, судьба сведет нас вместе под крышей «Огонька» на целых пять лет. Все же думаю, что именно наше заочное знакомство с творчеством друг друга (с отношением к Америке!) сыграло решающую роль в том, как затем сложилась у нас с ним совместная жизнь и работа. Правда, эту тему мы с ним никогда не обсуждали.


Коротич с отцом Александром Менем

Как это ни странно, мы вообще с ним по-человечески так и не сблизились, что было довольно необычно для главного редактора и его заместителя в то неожиданно вдохновенное время, которое закончилось с падением Горбачева. Уж больно разными людьми оказались мы с Коротичем. Даже «на ты» не перешли, даже ни разу не выпивали вдвоем, вне официальной обстановки (а оба – большие любители!). Тем не менее, я его вполне устраивал в течение всех пяти лет нашей совместной работы в журнале, на то были свои веские причины.

Во-первых, я к тому времени уже больше двадцати лет отработал в «Огоньке», а ему требовалось еще долго-долго входить в редакционную жизнь, в столичные хитросплетения. Мне кажется, что он ценил мои деловые качества. Была и еще одна причина, из-за которой Коротич не завел себе другого заместителя: он больше всего на свете любил зарубежные поездки, по любому поводу, в любую страну, лишь бы покататься, на людей посмотреть и себя показать. Он быстро убедился, что может спокойно всюду разъезжать, оставляя журнал на меня. Думаю, что за пять лет своей работы на посту главного редактора журнала он, по меньшей мере, половину времени провел за рубежом. А когда Коротич возвращался, я тоже часто уезжал, в основном в США. За все годы нашей совместной работы у нас с ним не было ни одной размолвки! И в то же время друзьями мы не стали. Не знаю, что он думал по этому поводу, но я к такой ситуации давно уже приспособился, работая заместителем у Софронова. Он, кстати, так же как и Коротич, обожал любые вояжи за границу и тоже проводил там не меньше половины своего времени. А меня это очень устраивало, работа в редакции мне больше всего нравилась тогда, когда мои главные отсутствовали.

Наконец, было и еще одно обстоятельство, которое определяло ситуацию в редакции: выше, в начале рассказа об «Огоньке», я уже упоминал, что первый сподвижник Горбачева и главный идеолог перестройки Яковлев был как бы негласным шефом-редактором журнала, рассматривал его как свой учебный полигон, и Коротич чувствовал себя за ним как за каменной стеной. Яковлев, несомненно, был светлым человеком, но именно по нему было видно, что перестройка проводится сверху и ей явно не хватает таких же лидеров, каким оказался Яковлев. Стоило Горбачеву отдалить его от себя в 1991 году (на мой взгляд, это была главная и роковая ошибка Горбачева), как Коротич тут же оставил свой пост главного редактора, а перестройка, как известно, обанкротилась.

В многолетней истории отдела пропаганды ЦК партии Яковлев оказался единственной яркой фигурой, в этом была его сила и… трагедия: он являлся как бы белой вороной. О нем, так же как и о Коротиче, я подробно вспоминаю в моей книге «Слово и власть: насмотрелся всласть», здесь же приведу один характерный случай.

Среди бесконечного потока иностранных визитеров, в основном писателей и журналистов, зачастивших в «Огонёк» в годы перестройки, к нам в редакцию приехала группа сотрудников известного французского журнала «Актуэль». Несколько дней они провели с нами, Коротич отсутствовал, поэтому мне пришлось заниматься с ними. В результате они посвятили «Огоньку» в одном из своих номеров 28 страниц текста и фотографий, обильно цитировали меня и даже почему-то назвали главным редактором журнала, кстати, сослались и на мое высокое мнение о Яковлеве.



Вскоре мне позвонил Яковлев (значит, ему уже доложили об этом материале в «Актуэле»). Во-первых, он поинтересовался, когда это я стал главным редактором без его ведома и расспросил о французских визитерах, затем в ходе нашего разговора он подробнейшим образом изложил мне историю о том, как и почему его направили из ЦК послом в Канаду. У меня после этого разговора осталось не только приятное воспоминание, но и странное впечатление. По-моему, Яковлев должен был понимать, что мне-то подробности его ухода из ЦК давно известны, а вот он зачем-то все это вспомнил. Говорил он со мной по «вертушке», правительственному телефону, который, несомненно, прослушивался и записывался. Значит, ему зачем-то это понадобилось. Что Яковлев! Коротич рассказывал мне, как сам Горбачев в своем кабинете говорил на какую-то невидимую публику, то есть на запись, на прослушивающее устройство, но к этому случаю мы еще вернемся ниже.

Даже в годы перестройки в ЦК в основном заправляла прежняя номенклатура, но не только старые аппаратчики потянули перестройку на дно. В стенах ЦК партии сами реформаторы не оказались стойкими борцами за нее. Все они в предыдущие десятилетия, при Хрущеве и Брежневе, сделали в ЦК блестящие карьеры, затем, при Горбачеве, без всяких потрясений обрели имидж реформаторов. Я назвал бы их придворными диссидентами. По-моему, все, кто карабкался вверх по номенклатурной лестнице, так или иначе теряли сами себя, иссыхал их интеллект, разрушалась нравственность. Этот закон номенклатурного роста не знает исключений.

Tags: Папины мемуары
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Как бомж Федя кредит в Сбербанке получал

    Федя, привольно бомжующий на комфортных улицах Москвы, в декабре, в преддверии нового 2020 года, крепко так запил. Практически до синих чертей.…

  • Ее он не любил, но... появлялись дети

    Я пишу этот текст не для того, чтобы, презрительно прищурясь, пристально посмотреть на человека, который, сказав тысячи слов о благе многодетности и…

  • Что-то здесь не так...

    Пособие по русскому языку. Напечатало его уважаемое издательство "Просвещение". Пособие рекомендовано ученикам старших классов. В нем разбираются…

  • Встреча с умершей дочкой

    Я не знаю, что сказать об этом. Но не могу одна обдумывать то, что произошло: у нас скоро появится шанс встретиться с теми, кто... уже умер. Здесь…

  • Да, котята, полная ...

    Девушку госпитализировали с подозрением на коронавирус. Недавно она была в Китае. Ну, бывает. А теперь смотрите, что с ней делают наши медики, и…

  • Госуслуги — нам не слуги

    Два подряд обращения на этот благословенный сайт убедили меня в его откровенной зловредности. Ну, может, это мне так не повезло, а к вам Госуслуги…

  • Эксперименты над детьми в СССР

    Прислали вот это видео, сопроводив его всякими "да, советские люди умели жертвовать собой", "пионеры готовы были отдать все", "учителя тогда…

  • Ухань. Репортаж из больницы

    Спорим, что каждый из нас хоть раз, но уже поучаствовал в обсуждении горячей темы коронавируса? Я всегда предпочитаю информацию непосредственно с…

  • Комиссия по этике: расстрелять!

    Все чаще слышу странноватое словосочетание "комиссия по этике". Слово "этика" хорошее, "Комиссия" — похуже. А все вместе теперь является неким…

promo nikolaeva may 1, 00:41
Buy for 250 tokens
До 500 000 показов вашего контента всем заинтересованным в рекламе могу обеспечить на своём канале в Яндекс.Дзене. nikolaeva.lj@yandex.ru
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments