Николаева Анастасия Владимировна (nikolaeva) wrote,
Николаева Анастасия Владимировна
nikolaeva

Categories:

Дорога домой

Об этом не говорят в приличном обществе нормальные люди.
А я буду, потому что очень люблю этот мир, полный людей и забот.
Здесь все мое - прохладная зелень деревьев, шепот ночной листвы, белый пузырящийся гребешок волны.
Мне даже не надо это видеть, все это давно живет внутри меня: холодные скалы, речные перекаты, капли дождя на темном стекле, вкус ветра на губах.
И этот желтый крошечный лохматый цветок, склонивший растрепанную голову к земле, и эти мелкие хрусткие камни под ногами.
Мои близкие, родные, друзья.
Меня переполняет любовь к этой жизни.
Именно поэтому сегодня я буду говорить о смерти.

Вчера я шла по аллеям Ваганьковского кладбища.
Моросил мелкий дождик, ветер путался в ветвях больших деревьев, пытаясь порвать в клочья ранние прозрачно-серые сумерки.
Такое опасное время безвременья, в котором растворяется пространство, а жизнь теряет свои привычные очертания.
Вокруг никого нет.
Только ветер, дождь, туман - серая вуаль, закрывшая лицо земного дня.
Вокруг так многолюдно!
Я иду сквозь толпу. Справа, слева, впереди белеют лица.
Они улыбаются в никуда. Эти страшные улыбки в вечность, без встречного взгляда, без ответного дружеского кивка. Эти глаза, которые никого не видят, эти жизни, которые где?

Гораздо спокойнее простые темные камни, на них только буквы, нет лиц.
Но все равно они такие тяжелые, как будто груз всей долгой жизни стал холодным гранитом и продолжает давить на тех, кто сбросил бремя жизни земной.

Лучше всего все же простые холмики земли с крестом над ними.
Земля не может быть мертвой, она дышит травой, улыбается застенчиво несерьезным желтым цветочком.
Осеняющий ее крест строго устремлен в небо.

Не надо смотреть вниз. Не здесь, на земле, наша родина, а там, на небе.
И это знает каждая живая душа.
Чтобы человек себе ни придумывал, какими бы теориями ни увлекался, если он сейчас, вот в этой тишине , скрытый от чужих взглядов и кривых ухмылок лохмотьями вечернего тумана, спросит себя о том, что ждет его за чертой, - придет ответ.
Ясный и спокойный, но настолько простой, что слишком умный современный человек досадливо отмахнется от него рукой и побежит прочь от правды тумана и дождя туда, где ждет его городской шум, спасающий от вопрошающей тишины.

Мы не знаем ничего о своем будущем. Кроме одного. Того, что мы все обязательно умрем.
И это ценное и абсолютное знание не используем никак, стараемся забить его другими знаниями, забить, забыть, не быть...

Я никогда не думала о том, что каждый человек, кроме дня своего рождения, каждый год проживает и день своей будущей смерти.
Ведь прошлое - рождение - ничуть не более материально, чем будущее - смерть.
И этот день смерти уже записан в календаре нашей жизни.
И может быть, самые чуткие из нас вдруг именно в этот день чувствуют внезапно рядом что-то неясно скользящее, холодящее тело и душу. Вздрагивают, оглядываются и бегут скорее дальше.

Мой духовный отец говорил, что постоянная память о смерти - бесценный дар, не сравнимый с другими. Человек, получивший его, прикасается ко всему, что рядом с ним, с бесконечной любовью и осторожностью. Потому что он знает, как хрупок сосуд земной жизни, как важно постоянно готовиться к переходу в вечность.

И знаете, что меня так бесконечно радует? То, что люди с этим редким даром есть и среди нас, сейчас, сегодня.
Мы просто не хотим их видеть и слышать, потому что, если прислушаться к их словам, жить по-прежнему уже невозможно.

Совсем недавно по улицам Москвы ходил, бегал, подпрыгивая ( уж такая походка у него была), человек, который всегда смело говорил о своей смерти, не ища ее,а признавая и благословляя. Потому что и в смерти и в жизни своей радостно видел он замысел Творца своего.
Многим людям он рассказывал о том, что он скоро умрет, что его убьют.
И люди чувствовали себя неловко, прятали глаза, путались в словах, обрывали разговор.
Им трудно было поверить, что может быть такое знание о мире, когда смерть и жизнь становятся едины и неразделимы. И трудно сказать, что важнее для текущего в вечность дня.

Его убили в храме, когда он выбежал из алтаря на зов убийцы в маске.
Ему выстрелили сначала в шею, задев сонную артерию, а когда он упал на пол построенного им храма, сделали еще контрольный выстрел в голову.
Дважды смертельно раненный, он жил и дышал еще целых полтора часа.

Он был в полном священническом облачении - за несколько минут до смерти принимал исповедь. В крови был крест, епитрахиль, везде было очень много крови.
Такой была последняя проповедь священника Даниила Сысоева, проповедь на крови.
Он любил жизнь бесконечно. Потому что точно знал, что такая она и есть - бесконечная. И при этом спокойно признавал, что его земная будет совсем короткой.
Нет, конечно, многие из близкого батюшкиного окружения слышали, что отцу
Даниилу постоянно угрожают.
Слишком многих он, худенький улыбчивый батюшка, привел ко Христу.
Огненный проповедник, он говорил о Боге так, как первые апостолы, бесстрашно и исповеднически.
Старшие и опытные призывали его к толерантности.
А батюшка не мог.
"Надо осторожнее, по-доброму,"- убеждали его.
А он не мог уразуметь, какая доброта в том, что ты стоишь и что-то такое утешительное медленно проговариваешь в тот самый момент, когда ближний твой идет к бездне, и, может, только маленький шаг отделяет его от нее.

Он подходил к людям на улице, он приходил к иноверцам на их молитвенные собрания. И голос его поднимался над враждебным гулом толпы, возносясь все выше. И затихала толпа, понимая, что сила этой высоты не от человеков дается.
Отец Даниил начинал разговор так: "Докажите мне, что я не прав, и я изменю свою точку зрения".
Но никто не мог это сделать, потому что слишком много знал этот батюшка. И эти знания ярким светом освещала его вера.
Он был категоричен. И за ним шли сотни и сотни людей.
И я тоже верю всей душой в эту категоричность простого московского попа. Потому что есть самое точное доказательство тому, что он прав, - это его мученическая смерть в Доме Господа, в храме.

Не верите? Нужны доказательства?
Хорошо. Потерпите еще немного.

Матушка, жена Даниила Сысоева, рассказывает:
"Где-то недели через две после его смерти я разбирала батюшкин комод.
Нашла пузырек из-под лекарства, решила, что он пустой, и отставила в сторону, чтобы потом выкинуть.
А Ангелина ( младшая крошечная дочка батюшки - А. Н.) нашла.
Оказывается, там было миро( великая святыня)...
Отец Даниил держал дома миро для экстренных крестин.
Ангелина вылила миро на себя. Я почувствовала запах, но не была уверена, что это именно миро, это могло быть любое благовонное масло.
Позвонила отцу Алексею Лымареву, он сказал, что сейчас приедет и определит, миро это или нет, и велел ничего не трогать.
И вдруг Иустина ( другая дочка батюшки - А. Н.) говорит:
" Ко мне сейчас пришел папа и сказал, что это миро, что надо взять вату со спиртом и стереть с пола следы".

Я была потрясена: Иустина не могла знать, как надо убирать святое миро, если оно пролилось. К тому же мы вообще не были уверены, что это миро, значит, ей, действительно, сказал отец.
Когда приехал отец Алексей, он подтвердил, что это миро, и все убрал как положено".

А потом матушка написала о том, что она не может скорбеть о своем муже, что она радуется о нем.

Представляете? И это все сейчас рядом с нами. И маленький храм Апостола Фомы на Кантемировской, где до сих пор на полу виднеется бурое кровавое пятно, и матушка с тремя маленькими дочками, на голгофе своего сиротства открывшая сердце радости. И много их, людей, знающих, что смерти нет, а есть путь.
Они были, есть и будут.
И среди них толстые-худые попы в рясах, которые опять так хитро устроились! Раз - и прямо к Господу своему. И мученического креста не боятся.
Ни тогда, когда их бросали на съедение диким животным и распинали на крестах, ни тогда, когда они давились кашей из собственных зубов и крови в подвалах Лубянки, ни тогда, когда их еще живыми сталкивали прикладами в могилы.
Хитрые попы! Как устроились! Знают самый короткий путь.

А как же мы, где же мы, куда же мы?!
Где сейчас батюшка ясно. Фильм о нем называется " Я иду домой".
Но мы ведь тоже каждый день своей жизни идем, приближаемся, подходим .. К чему?
Господи! Помоги нам ради крови твоих праведников!
( в тексте использованы отрывки из книги " Неизвестный Даниил". Эта книга есть в открытом доступе)
Tags: Вера
Subscribe
promo nikolaeva may 1, 2019 00:41
Buy for 250 tokens
До 500 000 показов вашего контента всем заинтересованным в рекламе могу обеспечить на своём канале в Яндекс.Дзене. nikolaeva.lj@yandex.ru
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments